메인메뉴 바로가기본문으로 바로가기

Features

Culture

Мечтая о мире

Image of Korea 2021 WINTER 115

Мечтая о мире Мечтая о мире В1960-е годы, когда я служил в ДМЗ, весной я иногда ходил на безлюдный берег реки по соседству, чтобы погрузиться в пейзаж ослепительной красоты. На краю утёса пышно цвели розовые рододендроны; по периметру прямоугольной ограды, где до войны стояла деревня, густо разрослись сорняки; то тут, то там цвели персики и абрикосы. Сейчас жизнь того солдатика уже клонится к закату, но Юг и Север по-прежнему разделены. А на том берегу, окутанном безмолвием, наверняка, по-прежнему цветут цветы, а когда настаёт срок, завязываются плоды. © Park Jong-woo В соответствии с соглашением о прекращении огня, которое вступило в силу 27 июля 1953 года, спустя три года после начала Корейской войны, обе стороны провели вирт уальную военную демаркационную линию. Она протянулась с востока на запад почти на 240 км и разделила Корейский полуостров на Юг и Север. Отмерив от неё в каждую сторону по 2 км, создали буферную зону, чтобы предотвратить вооружённые конфликты. Всё это и есть ДМЗ. В этой зоне площадью около 907 кв. км, поставив по обе стороны высокие ограждения из колючей проволоки, постоянно находятся начеку военные части Юга и Севера. По причине характера этой зоны военная деятельность здесь запрещена, но это место, напичканное минами, есть пространство жестокого противостояния — последне е на п ла не т е опасно е нас ле д ие холодной войны. На военной демаркационной линии есть зона общей безопасности радиусом 400 метров, которую совместно охраняют армии Юга, Севера и силы ООН. Это знаменитый Пханмунчжом, к которому и сейчас прикованы взгляды всего мира. В то же время примерно в 10 км по обе стороны от ДМЗ стоят ещё одни ограждения, ограничивающие проход гражданских лиц. Это Линия гражданского контроля. Внутри этой зоны, в соответствии с соглашением о прекращении огня, гражданские лица проживают в поселении Тэсон-дон на Юге и Кичжон-дон на Севере. Зона ДМЗ, где не живут люди, является особенно хорошо сохранившейся естественной средой обитания млекопитающих и птиц. Это также место обитания самого большого количества тех видов, которые объявлены природными памятниками и находятся на грани исчезновения. В начале октября на равнину Чхорвон, что на севере зоны гражданского контроля, спасаясь от сибирских морозов, прилетают тысячи даурских журавлей и кормятся на полях остатками риса. А в начале ноября — уссурийские журавли «туруми», которые, как считают корейцы, приносят удачу и счастье. У меня нет крыльев, поэтому, глядя на фотографии стай перелётных птиц, тысячами прилетающих в приграничную зону между Югом и Севером, я мечтаю о дне, когда территория за колючей проволокой превратится в мирный экопарк. Ким Хваён, литературный критик, член Национальной академии искусств

Отбросив предубеждения и дискриминацию

Tales of Two Koreas 2021 WINTER 122

Отбросив предубеждения и дискриминацию Отбросив предубеждения и дискриминацию Студенческий подкаст «Сабучжак» вызвался быть мостом между народами Юга и Севера.Предоставляя возможность беженцам с Севера высказаться на условиях анонимности, подкаст помогает им, отбросив настороженность, соприкоснуться с южнокорейским обществом благодря откровенному разговору. «П о правде говоря, я из Северной Кореи».Любому выходцу с Севера, осевшему на Юге, требуется большая смелость, чтобы сказать эти простые слова, поскольку они обычно провоцируют подозрения, предубеждения и дискриминацию. Подкаст «Сабучжак» уже три года выпускают южнокорейские студенты в Сеуле. Главная цель передачи, девиз которой «Рассказывать о жизни северокорейцев на Юге без прикрас», состоит в том, чтобы путём искреннего диалога разрушить предубеждения относительно выходцев с Севера и сузить психологическую дистанцию между жителями Юга и Севера. Создатели подкаста хотят создать общество, где люди принимают разницу между друг другом и в ответ на «Я из Северной Кореи» можно услышать простое «Да? А я из Тэгу». Отсюда название подкаста: комбинация из первых слогов некоторых слов фразы «Тихая болтовня, чтобы жить в ладу с северокорейскими друзьями». Многие участники беспокоятся о своих родственниках, оставшихся на Севере, поэтому тем, кто не хочет раскрывать свою личность, в передаче придумывают забавные прозвища, состоящие из названия местности и блюда, которой она славится. К примеру, «Кёнсонский гриб мацутакэ» означает, что выходец из Кёнсона в провинции Северная Хамгён (Хамгён-Пукто) скучает по грибам с родины, а «Хесанский камчжа-пап» подсказывает, что гость, прибывший из Хесана в провинции Янган-до, на родине с удовольствием ел «рис с картошкой». Такая забота помогает и в привлечении гостей. До участия в программе гости не хотят говорить, откуда они родом, но, когда в ходе беседы вдруг всплывают названия их родных мест, радуются. Более того — участие в передаче помогает им приспосабливаться к жизни на Юге с большей уверенностью в себе и впоследствии чувствовать себя менее скованными, рассказывая о своём происхождении. — После записи каждой программы гости говорят: «До этого мы старались жить, вытеснив из памяти воспоминания о Севере, но сегодня, во время рассказа о себе, мы смогли на шаг подойти к тому, чтобы принять своё прошлое». Каждый раз, когда я слышу эти слова, я счастлива оттого, что наша передача оказывает, пусть небольшое, но позитивное влияние, — говорит Пак Сеа, студентка Университета Ёнсе и член команды «Сабучжак». Она присоединилась к проекту после того, как во время занятий с детьми из Северной Кореи заинтересовалась проблемой выходцев с Севера. Большинство гостей подкаста «Сабучжак» хотят соблюдения анонимности. Но некоторые разрешают сообщить их настоящее имя и даже показать лицо. Пак Йеён, директор кооператива «Тхониль Кориа», появилась в трёх частях передачи с 11 по 13 октября с. г. под прозвищем «Кимчхэкский мохнатый краб».Слева направо: члены команды «Сабучжак» Пак Сеа и Ан Хесу и гость подкаста г-жа Пак Йеён. © Sabujak НАЧАЛО Подкаст начал работать в 2018 году. Его при- думал Пак Пёнсон, тогда — студент факультета бизнес-администрирования Университета Ёнсе. Сейчас он работает в консалтинговой фирме. — Я начал проект с надеждой, что, если через подкаст южнокорейцы услышат истории выходцев с Севера, они станут более дружелюбны к ним и смогут жить и общаться без дистанции, — говорит г-н Пак. — Я подумал, что нельзя просто пройти мимо, зная, что выходцы с Севера, которые живут рядом с нами, подвергаются дискриминации и страдают от предубеждений. Поэтому я решил сделать передачу, в которой они будут без прикрас рассказывать свои истории. Первый подкаст вышел в эфир в августе 2018 года в рамках проекта «Чиым», клуба, аффилированного с Enactus, в Университете Ёнсе. Enactus — это международная НКО, учреждённая в 1975 году американским Национальным институтом лидерства. В проекте «Чиым», название которого метафорически означает «Близкие друзья», с августа 2020 года стали участвовать студенты не только Университета Ёнсе, но и Католического университета, Университета Соган, Сеульского Национального университета, Женского университета Сонсин, Женского университета Ихва и Университета Чунан. ГОСТИ Сейчас над выпусками «Сабучжак» работает три команды по три студента, которые по очереди выпускают передачи. Каждому приходится уметь всё: привлекать гостей, вести передачу, редактировать, выпускать. Запись проходит в «Студио Помпёт» («Весенние солнечные лучи») в квартале Хондэ. Подкаст записывают каждую неделю, если не считать каникул, пригласив одного гостя. Каждая передача состоит из трёх частей: в первой части говорят о еде на родине гостя и его жизни на Севере, во второй — о бегстве с Севера, а в третьей — об обустройстве и жизни на Юге. Иногда перед записью создатели передачи общаются с гостями через онлайн-чат, чтобы создать доверительную атмосферу, но скрипт заранее не прописывают. Формат передачи — непринуждённая беседа. В подкасте принципиально не обсуждают политические и религиозные вопросы, но иногда касаются их, если того желает гость. Поначалу гостями были в основном студенты — было легче договориться об интервью с кем-либо из своей возрастной группы. Но в последнее время в передаче участвуют люди разного возраста, и их число растёт, по мере того как бывшие участники рассказывают о ней своим родственникам и знакомым. К настоящему моменту в подкасте уже участвовало около 130 гостей, в большинстве своём — обычные люди. Создатели передачи стремятся задокументировать истории людей, у которых не было шанса оказаться в центре внимания общества, и также рассказать миру о том, что выходцы с Севера — простые люди, живущие обычной жизнью. Среди гостей глубокое впечатление на ребят произвёл бизнесмен, которого разыскивала госбезопасность Северной Кореи за его деятельность в качестве брокера, помогавшего людям бежать из страны, и тот факт, что он начал заниматься ею, когда ему было лишь 15 лет. Ещё одним впечатляющим гостем был северокореец по прозвищу «Кильчжуская фрикаделька». Он родился и вырос в уезде Кильчжу-гун провинции Северная Хамгён (Хамгён-Пукто), где находится ядерный полигон Пхунгери. Некоторые гости участвовали под своими реальными именами. Так, На Минхи родилась в хорошо устроенной семье, поэтому безбедно жила в Пхеньяне и получила работу в Европе, чтобы зарабатывать валюту для родины. Ещё один гость, раскрывший своё имя, — Чу Сонха, осевший в Сеуле и работающий сейчас журналистом в газете «Тона ильбо». Пак Йеён, директор кооператива «Тхониль Кориа», захотела раскрыть своё имя, хотя авторы программы придумали ей прозвище «Кимчхэкский мохнатый краб». — Г-жа Пак придала нам много сил, сказав, что очень благодарна за то, что южнокорейские студенты проявляют такой интерес к проблеме разделённой нации и к объединению и делают подкаст, — говорит Ан Хесу. Эта студентка четвёртого курса Женского университета Сонсин, дедушка которой родом из северокорейской провинции Хванхэ-до, присоединилась к команде, услышав о подкасте. В подкасте «Сабучжак» стараются искренне представлять своих гостей, выходцев с Севера, без приукрашивания или обобщений. Запись проходит в «Студио Помпёт» («Весенние солнечные лучи») в квартале Хондэ. На фото — команда «Сабучжак» в студии. Слева направо: Ан Сонхёк, Ан Хесу, Пак Сеа. © Han Sang-moo ПРОИЗВОДСТВО ПРОГРАММЫ Начиная с третьего сезона, который начался в сентябре 2019 года, в команде участвуют также студенты выходцы с Севера. Это Ан Сонхёк, студент 4 курса факультета политологии Университета Ёнсе, и Пак Помхваль, второкурсник факультета физкультурного образования Сеульского Национального университета. Сонхёк, который бежал с родителями из Чхончжина (провинция Хамгён-Пукто) и прибыл на Юг в декабре 2011 года, сейчас исполняет обязанности главы подкаста. Главный канал общения подкаста «Сабучжак» с аудиторией — это комментарии.В Instagram каждую неделю также выкладывают так называемые «новости в карточках», подытоживая таким образом содержание передач. — Я присоединился к команде по предложению друга, который уже работал в проекте, — говорит Сонхёк. — Я испытываю огромную гордость, когда гости признаются, что в повседневной жизни они слишком заняты, чтобы думать о родине, но, участвуя в нашей программе, могут воскресить старые воспоминания. С августа 2021 года идёт 7-й сезон. Каждый сезон равен семестру. Подкаст получает финансовую поддержку, в частности на аренду студии звукозаписи и вещание в прямом эфире, от таких организаций как Фонд Уян, Объединённый культурный центр Юга и Севера, Центр инноваций высшего образования университета Ёнсе. Подкаст, ставший близким другом выходцам с Севера, по данным за сентябрь 2021 года достиг суммарного уровня в 200 тысяч прослушиваний.Слушатели оставляют свои впечатления в комментариях, а также присылают личные сообщения в Instagram. Такая поддержка и внимание придаёт работающей без вознаграждения команде воодушевление и смелость. Популярность среди выходцев с Севера также помогает находить новых гостей. В феврале 2021 года был также выпущен сборник эссе «Я буду жить обычной, но особой жизнью» с историями 12 гостей из первого и второго сезонов. Сборник рассказывает о том, что побудило их бежать с Севера, как они обустраивались на Юге и какие трудности испытали позже. Книга помогает глубже разобраться в том, какие чувства испытывают северокорейцы, что их волнует, о чём они вспоминают, а также проливает свет на сходства и различия между двумя Кореями. Сборник эссе «Я буду жить обычной, но особой жизнью» знакомит читателей с уникальной северокорейской кухней и содержит иллюстрированные рецепты. В нём 12 гостей сезона рассказывают о блюдах, которыми славятся их родные места, а также делятся опытом и воспоминаниями, связанными с кулинарией. © Project jieum ИЗМЕНИВШИЙСЯ ВЗГЛЯД Создатели подкаста говорят, что, общаясь с гостями, они осознали, что южнокорейцы склонны всех выходцев с Севера «причёсывать под одну гребёнку». Более того — даже они сами поначалу думали, что все северокорейцы похожи друг на другу по характеру и их можно включить в одну категорию. В то время как гости вовсе не считали ведущих одинаковыми лишь потому, что они все из Южной Кореи, а рассматривали их как людей, обладающих своей индивидуальностью и особенностями. В итоге, общаясь с разнообразными гостями, создатели проекта сами изменились и теперь прилагают усилия, чтобы показать, что выходцы с Севера — это не группа людей с определённым имиджем, а люди, у каждого из которых есть своё лицо. — Когда на занятиях мы обсуждаем вопрос объединения Юга и Севера, студенты резко разделяются на два лагеря. Больнее всего слышать, как молодые люди называют друг друга врагами, — говорит Сонхёк. — Я хотел бы как можно дольше передавать истории выходцев с Севера с тем, чтобы наша передача могла успешно играть роль моста, помогая южным и северным корейцам лучше понимать друг друга. Ким Хаксун,언журналист, приглашённый профессор отделения СМИ Университета Корё

Коллекция И Гонхи открылась широкой публике

Focus 2021 WINTER 123

Коллекция И Гонхи открылась широкой публике Коллекция И Гонхи открылась широкой публике Семья покойного председателя «Самсунг груп» И Гонхи передала в дар обществу более 23 тысяч единиц из его обширной коллекции, включая национальные сокровища и шедевры позднего Нового и Новейшего времени. Национальный музей Кореи и Национальный музей современного искусства, главные бенефициары коллекции, тщательно отобрали работы для специальных выставок, которые прошли с большим успехом при огромном интересе публики. «После дождя на горе Инван-сан» Чон Сон (1676—1759). 1751 г. Бумага, тушь. 79,2 × 138 см.В своём классическом произведении Чон Сон, дворцовый художник позднего периода эпохи Чосон, изобразил окутанную туманом гору сразу после того, как кончился дождь. Родившийся и выросший неподалёку художник запечатлел знакомую гору уверенными мазками кисти. Это работа его позднего периода, когда он, отойдя от традиционной концепции пейзажной живописи, развивал школу так называемого «реального пейзажа», поощряя художников писать пейзажи такими, какими они их видят. Кsогда председатель «Самсунг груп» И Гонхи скончался в октябре 2020 года, оставшаяся после него обширная коллекция стала предметом повышенного интереса широкой публики. Семейную коллекцию начал собирать ещё И Бёнчхоль, отец И Гонхи и основатель «Самсунг груп». И Гонхи и его супруга многократно увеличили унаследованное собрание предметов искусства. Некоторые произведения из коллекции уже выставлялись в Художественном музее Лиум в Сеуле и Художественном музее Хо-Ам в Ёнине, которыми управляет «Самсунг груп». Однако вся коллекция, равно как и её исчерпывающий каталог, никогда не обнародовались, что только подогревало интерес публики. Некоторые даже утверждали, что «коллекция И Гонхи» имеет более высокую культурную ценность, чем собрание Национального музея Кореи или Национального музея современного искусства (далее ММСА от National Museum of Modern and Contemporary Art). Её стоимость оценивалась в триллионы вон. В апреле 2021 году семья И Гонхи официально объявила, что передаст в дар обществу более 23 тысяч единиц культурного наследия и предметов искусства из частной коллекции. Древние предметы искусства было решено передать в дар Национальному музею, а работы именитых корейских и иностранных художников — ММСА. Чтобы отметить передачу дара, Национальный музей с 21 июля по 26 сентября этого года организовал специальную выставку «Наслаждаясь вместе великим культурным наследием: Выставка шедевров, переданных в дар председателем И Гонхи», а в ММСА 21 июля открылась «Специальная выставка коллекции И Гонхи в ММСА: шедевры корейского искусства». Она продлится до 13 марта 2022 года. «Авалокитешвара Воды и Луны» (слева) XIV в. Шёлк, тушь, краски. 83,4 × 35,7 см. Авалокитешвара — это бодхисаттва, который, по легенде, проявляет сострадание ко всем живым существам подобно тому, как луна на небе отражается во множестве мест, где есть чистая вода. Гармония узоров и приглушённых цветов, угадывающихся под прозрачным одеянием бодхисаттвы, демонстрируют изысканную красоту, характерную для буддийской живописи Корё. «Тысячерукий Ботхисаттва Авалокитешвара» (справа) XIV в. Шёлк, тушь, краски. 93,8 × 51,2 см. Тысячерукий Авалокитешвара известен тем, что спасает живые существа своими бесчисленными руками. В корейском буддизме существует долгая история веры в этого всевидящего и всеведущего бодхисаттву сострадания, но это единственная сохранившаяся картина с его изображением. Бодхисаттва запечатлён одиннадцатиликим и с сорока четырьмя руками, в каждой из которых он держит благодатный предмет. ДРЕВНИЕ И СОВРЕМЕННЫЕ ШЕДЕВРЫ Дес ятки работы вы дающихс я корейских художников из коллекции И Гонхи были переданы в музеи регионов, из которых были родом их авторы. Так, картины Ким Хванги (1913—1974) и Чхон Гёнчжа (1924—2015) были переданы в Художественный музей провинции Южная Чолла (Чолла-Намдо), работы И Инсона (1912—1950) и Со Дончжина (1900—1970) — в Художественный музей Тэгу, а произведения Пак Сугына (1914— 1965) — в музей, носящий его имя, расположенный в уезде Янгу-гун провинции Канвон-до. Среди подаренных предметов самые значительные, в том числе основополагающие с точки зрения истории искусства Кореи, ушли в Национальный музей и ММСА. В Национальный музей были переданы более 21 600 единиц, датируемых от доисторических времен до эпохи Чосон (1392—1910), в том числе глиняная утварь, керамика, скульптура, каллиграфия, деревянная мебель и живопись. Из них музей отобрал для выставки 77 шедевров, представляющих собой высочайшие достижения своего времени с точки зрения эстетики и мастерства работы с материалами. Среди них такие жемчужины, как карти- на «После дождя на горе Инван-сан», созданная в 1751 году Чон Соном (1676—1759), выдающимся дворцовым художником позднего периода эпохи Чосон, статуи Будды из меди, покрытой золотом, признанные национальными сокровищами, и образец буддийской живописи эпохи Корё — изящно написанная картина «Тысячерукий Бодхисаттва Авалокитешвара». Первой привлекает внимание естественно работа «После дождя на горе Инвансан», на которой изображён вид горы, расположенной слева от дворца Кёнбок-кун. Картина была создана в период, когда среди европейских художников были в моде гран-туры, что повысило интерес к пейзажной живописи. Шедевр Чона можно сравнить с работами английского пейзажиста Ричарда Уилсона, написанными им во время посещения Италии в 1750 году. В то время как Уилсон, работая маслом, бережно передавал пасторальную атмосферу, используя реалистичную цветовую палитру, Чон изобразил окутанную туманом гору сразу после того, как кончился дождь, используя разнообразные по плотности и прозрачности мазки тушью. «Женщины и лунные сосуды» Ким Хванги (1913—1974). 1950-е гг. Холст, масло. 281,5 × 567 см. Обнажённые по пояс женщины, лунная керамика из белого фарфора, журавли и олени, изображённые на этой картине, были любимыми мотивами творчества художника в период с конца 1940-х до 1950-х гг. Выполненное как масштабный мурал, полотно отличает изысканная декоративность, создаваемая стилизованными фигурами женщин, предметами и животными, которые смотрят вперёд или в сторону, на фоне в пастельных тонах. © Whanki Foundation · Whanki Museum ЦЕННОСТЬ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ИСТОРИИ ИСКУССТВА ММСА получил 1488 предметов из коллекции И Гонхи. Это крупнейшее пожертвование в собрание музея, сделанное одним меценатом, но более значимо то, что в числе переданных работ — редкие и важные произведения начала XX века. 58 работ позднего Нового времени и Новейшего времени, экспонирующихся на спецвыставке, представляют собой классические произведения художников, творчество которых стало важной вехой в истории искусства Кореи. В первой половине XX века, вслед за колониальным правлением и разделением нации Корея была вовлечена в водоворот войны и пережила период хаоса и разрушений. Ввиду этого значительное число работ того периода были уничтожены или утрачены, что создало пробел в истории искусства страны. Как следствие, эта выставка, знакомящая публику с немалым количеством произведений, созданных в период трудностей и лишений, заслуживает самой высокой оценки. «Рай» (справа) Пэк Намсун (1904— 1994). Около 1936 г. Холст, масло. Восьмистворчатая ширма. 173 × 372 см.Пэк Намсун (Пэн Намсун) — художница из первого поколения корейских живописцев, которые изучали западную живопись в Токио и Париже. Пейзаж, изображённый на этом масштабном полотне, соединяет в себе восточную и западную утопии, напоминая о Шангри-Ла и Аркадии. Он отражает творческие поиски художницы, размышлявшей над тем, как соединить темы и приёмы восточной и западной живописи. После того как её муж, тоже художник, Им Ённён (Ёнрён; 1901—?) пропал без вести во время Корейской войны, Пэк с детьми переехала в США и о её дальнейшей карьере мало известно. «Игра в камешки (Конгинори)» Чан Укчин (1917—1990). 1938 г. Холст, масло. 65 × 80,5 см.Чан Укчин получил признание за свой характерный стиль, в котором он, упростив знакомые объекты повседневной жизни, такие как дома, деревья и птицы, изображал их в сказочной манере. Это полотно — одна из ранних работ Чан Укчина, принёсшая ему приз на конкурсе, организованной одной газетой, когда художнику было 20 лет. Работа, отличающаяся скупостью деталей, но сбалансированной композицией, показывает усилия автора до того, как он разработал собственную узнаваемую технику. Особенно примечательны картины «Рай» Пэн (Пэк) Намсун (1904—1994), «Игра в камешки (Конгинори)» Чан Укчина (1917—1990) и «Горное эхо (Сануллим)» Ким Хванги. «Рай», единственная масштабная работа Пэн Намсун, обнаруженная до сих пор, выполнена маслом на холсте в форме традиционной восьмистворчатой ширмы, показывая формальную встречу искусства Востока и Запада.«Игра в камешки» — одна из редких ранних работ Чан Укчина, принесшая ему приз на конкурсе, организованном одной газетой, когда художнику было 20 лет. Реализм, с которым написана эта картина, напоминающий жанровую живопись, живо отличает её от безыскусной простоты, присущей золотому периоду творчества Чана. «Горное эхо», один из главных шедевров времен пика карьеры Ким Хванги, — это работа в стиле «чомхва» («живопись точками»), созданная им в 1973 году, за год до его смерти. За неё предлагали несколько миллионов долларов на аукционах в Сеуле, Нью-Йорке и Гонконге.   «Композиция» И Ынно (1904—1989). 1971 г. Ткань, краски. 230 × 145 см.И Ынно известен как человек, открывший новые горизонты в корейском искусстве своими экспериментами, выходящими за границы жанров и тематики. Его фигуративные эксперименты хорошо проявляются в серии «Буквенные абстракции», начатой в начале 1960-х гг.; в этой работе, в отличие от ранних картин художника, показывающих тенденцию к лиризму, буквы изображены более объёмными и абстрактными. «Произведение» Ю Ёнгук (1916—2002). 1974 г. Холст, масло. 136 × 136,5 см.С начала 1960-х гг. Ю Ёнгук последовательно изображал горы. Для него горы были идеалом красоты, хранящей в себе тайну природы и возвышенность, и в то же время — полем для экспериментов с живописными элементами, такими как форма и цвет. Эта картина, созданная в период, ставший поворотным в его творческом путешествии, отражает дрейф от абсолютной абстракции, присущей его творчеству в предыдущие годы, в сторону большей свободы в плане формы и цвета. БУМ ПОСЕЩЕНИЯ Насколько высок интерес в обществе к пожертвованным семьёй И Гонхи произведениям, показывает энтузиазм, с которым люди ринулись на эти выставки. За подобной реакцией — любопытство по поводу коллекции богатейшего человека Кореи, совпавшее по времени с недавней активизацией культурного потребления вследствие роста доходов населения. В первую очередь выставки привлекли простых горожан, обычно не интересующихся искусством, в частности молодёжь. И здесь немалое влияние оказали популярные среди молодых людей звёзды, в том числе РМ, лидер BTS, известный своей любовью к посещению выставок искусства. Тем неменее из-за пандемии на обе выставки допускалось ограниченное число посетителей на единицу времени по предварительной записи, в связи с чем возникла яростная борьба за бронирование билетов, что привело даже к продаже билетов из-под полы. В Корее культура посещения художественных выставок имеет историю длиною меньше века.Первой выставкой, открытой для широкой публики, стала основанная в 1922 году Выставка изобразительного искусства Чосона, похожая по формату на европейские салонные выставки. Всё это время посещение выставки считалось особым действом, требующим высокого культурного образования, но в наше время общественное восприятие изменилось, особенно среди молодёжи. В итоге сформировалась атмосфера, когда посещение выставки с последующими посиделками в близлежащем кафе стало считаться видом повседневного досуга. То, что как раз сейчас публике открылись сокровища из коллекции И Гонхи, ещё более способствует дальнейшему повышению интереса простых людей к искусству. «Жёлтая тропинка» Чхон Гёнчжа (1924—2015). 1983 г. Бумага, краски 96,7 × 76 см.Чхон Гёнчжа любила рисовать женщин и цветы в атмосфере, полной грёз, используя традиционные восточные пигменты и свойства бумаги. Эта работа, на которой она запечатлела свою старшую невестку, хорошо демонстрирует оригинальный стиль художницы, основанный на её восприятии цвета и литературном лиризме. Ха Гехун,критик изобразительного искусства

«Чхоно»: дар зимнего моря

Essential Ingredients 2021 WINTER 125

«Чхоно»: дар зимнего моря «Чхоно»: дар зимнего моря «Чхоно», т.е. тихоокеанскую сельдь, издавна едят во всём мире. В Корее же особенно любят «квамеги» — сельдь, высушенную на морском ветру, которую едят, завернув в листовые овощи с водорослями «ким», «миёк» и чесноком. Но популярны и другие традиционные способы приготовления.Жирная сельдь всегда считалась зимним деликатесом.   «Е дят много минтая, а вкуснее всего сельдь». Из этой старой присказки следует, что из трёх главных рыб на столе корейца, т.е. трески, минтая и сельди, последняя — самая вкусная. «Ч хоно» по -корейск и бу к ва л ьно означает «синяя рыба». Разные виды сельди бродят в морях огромными стаями. В Северной Европе едят атлантическую сельдь (Clupea harengus), а в СВА и Северной Америке ловят тихоокеанскую сельдь (Clupea pallasii). В рыбе с белым мясом, такой как треска и минтай, мало жира, тогда как в сельди его содержание доходит до 20%. Холодноводная сельдь нерестится с зимы до весны, а к поздней осени «нагуливает» жирок. В ней также много придающих сладкий вкус полезных аминокислот, таких как глицин и аланин. В «Ухэиобо» («Редкие рыбы моря Чинхэ»), первом корейском справочнике по рыбам, написанном в 1803 году Ким Нё (Ким Рё; 1766—1821), о вкусе сельди сказано: «Сладкая и мягкая, а если пожарить на гриле, очень вкусная». Похоже описывает вкус сельди повар и писатель Пак Чханиль (1965г.р.). В своей книге «Половина воспоминаний — это вкус» он пишет о вкусе сельди, которую ел с другом в ресторане на берегу моря в Сокчхо: «Мясо сельди, посыпанной крупной солью и пожаренной на углях в зимний день, когда свирепствовал ветер, было мягким и сладким». РЕЦЕПТЫ Готовят сельдь по-разному. На побережье Восточного моря, основном месте вылова сельди, её едят сырой или смешав с нашинкованными овощами и соусом. Либо, протерев мясо отваренной сельди через сито, добавляют неклейкий рис и варят кашу. А иногда, обваляв в муке и яйце, жарят на масле, после чего тушат в соусе. В регионе Кёнсан-до, на юго-восточном побережье, из сельди варят густой суп «ччигэ». А в Чолла-до, на юго-западе страны, согласно записям, большое количество сельди готовили на пару — над котлом с кипящей водой, а потом ели, макая в острую перечную пасту «кочхучжан». Но вкуснее всего сельдь, жаренная на гриле. Если посыпать её крупной солью и поджарить до золотистого цвета, её мясо становится мягким, сладким и аппетитным. Повар Пак Чханиль объясняет это так: «Это жирная рыба, поэтому во время жарки она готовится в собственном жире, который, впитываясь, придаёт мясу потрясающий вкус». В морской рыбе содержится окись триметиламина, небелкового азотного химического соединения, которое поддерживает баланс между солёностью тела и морской водой. Это вещество, будучи разложено в результате деятельности микроорганизмов, придаёт рыбе неприятный запах. В жирной зимней сельди большое количество многоатомных жирных кислот, поэтому она быстро портится. Из-за жирности также усиливается неприятный запах, поэтому в суп из сельди добавляют соевую пасту «твенчжан», а также слегка обмазывают ею рыбу при жарке. Это уменьшает неприятный запах, так как «твенчжан» заглушает его своим ароматом плюс белок в пасте связывает дурно пахнущие вещества, препятствуя их летучести. Но с 1990-х годов готовить сельдь стали менее разнообразно. В статье, опубликованной в «Тона ильбо» 27 января 1996 года, писали: «Последнее время почти невозможно увидеть такие региональные блюда Кёнги-до, как тушёная сельдь, сельдь, сваренная в соевом соусе, засоленная сельдь или сельдь без специй в прозрачном бульоне». А сельдь то появляется, то исчезает, и в этом главная причина недостатка разнообразия блюд из неё. Объём вылова этой рыбы издавна был неровным. Сельдь ходит крупными стаями, следуя за холодными течениями. Когда сельдь идёт, она обеспечивает рекордные уловы. Но когда исчезает, может пропасть лет на десять. В «Записи о том, как извлекать уроки прошлого в назидание будущему», или «Книге исправлений» («Чинбирок»), воспоминаниях Рю Соннёна (Сонрёна) (1542—1607) об Имчжинской войне, описывается странное событие, случившееся прямо накануне войны: «Рыба из Восточного моря появилась в Западном море и постепенно добралась даже до реки Хан-ган; сельдь, которая изначально появлялась в Хэчжу, не видели там более 10 лет, потому что она ушла в море Ляохай возле Ляодунского полуострова, где местные люди назвали её “синьюй”, т.е. “новая рыба”». В энциклопедическом труде «Рассуждения Чибона» («Чибон юсоль»), написанном в 1614 году И Сугваном (1563— 1629), имеется похожее объяснение. А именно: сельдь, которой всегда было много по весне в водах к юго-западу от полуострова, не видели там более 40 лет. Но в «Военном дневнике» («Нанчжун ильги») адмирала И Сунсина (1545—1598) есть запись, что, «наловив сельди, меняли её на рис» для армии. Объясняя ситуацию, учёный «сирхак» И Ик (1681—1764) цитирует Рю Соннёна в своей книге «Малые речения Сонхо» («Сонхо сасоль»). Во времена, когда Рю Соннён писал «Чинбирок», сельдь, которая ранее водилась только в море у Хэчжу, что в провинции Хванхэ-до, можно было ловить во всех морях Чосона. В частности, И Ик писал, что сельдь «каждый год с наступлением осени ловится в провинции Хамгён-до», а «когда наступает весна, мигрирует в провинции Чолла-до и Чхунчхондо. А на рубеже весны и лета ловится в провинции Хванхэ-до, но по мере перемещения на запад становится всё мельче и встречается всё чаще, поэтому нет никого, кто бы её не ел». Высушенная на холодном морском ветру сельдь, называемая «квамеги», — это зимний деликатес с «резиновой» текстурой и аппетитной жирностью. Маленькие кусочки «квамеги» едят, завернув в листовые овощи с водорослями «ким», «миёк» и чесноком. © Getty Images Korea Зима в Ёндоке, что в провинции Северная Кёнсан, и других поселениях на побережье Восточного моря — время, когда все заняты вялением сельди. Обезглавленные тушки то замерзают на холодном морском ветру, то оттаивают. В результате повторения этого процесса появляется вкуснейшая «квамеги» без характерного неприятного рыбного запаха. © Jeon Jae-ho «КВАМЕГИ» И Ик предположил, что колоссальные изменения в объёмах вылова и регионах обитания сельди были вызваны тем, что сельдь перемещалась вследствие изменения климата и среды. И хотя это предположение было сделано 250 лет назад, оно было правильным. Анализ объёма вылова сельди в морях вокруг Корейского полуострова в период между 1970 и 2019 годами, проведённый Национальным институтом рыбохозяйственных исследований, показал, что по мере роста температуры воды в Восточном море уловы росли, тогда как в Западном море, напротив, падали.Согласно этому исследованию, последние 50 лет объём вылова сельди был очень нестабильным. В начале 1970-х годов улов достигал 5 тысяч тонн, а с середины 1970-х сократился до менее тысячи тонн. К концу 1980-х годов цифры подросли и к 1999 году достигли максимума в 20 тысяч тонн, но потом, в 2002 году, упали до менее двух тысяч тонн. В середине 2000-х годов вылов снова резко вырос, и в 2008 было выловлено целых 45 тысяч тонн. Бум сельди продолжился и в следующем году. 20 декабря 2009 года в новостях Кейби-эс сообщили, что сельдь вернулась. В репортаже говорилось, что холодноводную сельдь стали вылавливать не только в Восточном море, но и в тёплых юго-восточных и южных морских водах, и, как результат, в Ёндоке, в провинции Северная Кёнсан (Кёнсан-Пукто), возобновили производство «квамеги». Изначально «квамеги» — это сушёная сельдь, но с 1960-х годов уловы сельди сократились, поэтому в прибрежных регионах провинции Северная Кёнсан «квамеги» стали делать из «ккончхи» — тихоокеанской сайры. В номере «Тона ильбо» от 9 мая 1939 года ихтиолог Чон Мунги (1898—1995) писал: «В провинции Северная Кёнсан, месте массового вылова сельди, сушёную сельдь называют “квамиги”, и этот продукт рыболовства считается важным местным специалитетом». В наши дни «квамеги» обычно едят, завернув в листовые овощи, такие как пекинская капуста, или водоросли, будь то прессованный «ким», «миёк» (ундария перистая) или «тасима» (ламинария), но в прошлом её жарили на гриле или варили из неё суп с полынью. Происхождение слова «квамеги» точно неизвестно. Учёный «сирхак» позднего периода Чосон Со Югу (1764—1845) в своей книге «Чоночжи» («Записи об охоте и рыбалке») писал, что тогда сельдь сушили на солнце целиком (а не разрезав по хребту), связав тушки соломенной верёвкой. Со утверждал, что у сельди были прозрачные глаза, поэтому через них продевали верёвку, чтобы связать тушки вместе, из-за чего их называли «кванмок», т.е. «пронизывание глаз». Предполагают, что со временем это слово превратилось в «квамеги». Целыми тушками сельдь сушат и сейчас, но в малом количестве. В основном же эту рыбу разрезают по хребту, удаляют внутренности и кости, после чего недолго сушат на морском ветру.Чтобы высушить целую тушку, уходит много времени. К тому же сельдь крупнее и жирнее сайры, поэтому она в принципе сохнет дольше. Если целая сайра высыхает за полмесяца, то целой тушке сельди нужно более месяца. Но чем дольше рыба сохнет, тем глубже её вкус. При этом в сельди, высушенной целиком посреди зимы, есть икра, что делает её ещё вкуснее.   Пожаренная на гриле сельдь становится мягкой и буквально тает во рту. Из минусов: в ней довольно много костей, поэтому придётся потрудиться, вынимая их. Вымытую тушку очищают от чешуи, делают несколько надрезов и посыпают солью. Потом поджаривают на гриле до золотистого цвета, и её мясо становится мягким, сладким и аппетитным. © Shutterstock ВОЗВРАЩЕНИЕ СЕЛЬДИ Сельдь вернулась: в этом году улов отличный. В Самчхоке, в провинции Канвон-до, чтобы увеличить потребление сельди, разрабатывают разные способы её переработки: из неё делают рыбную муку, тушат и жарят во фритюре. В Национальном институте рыбохозяйственных исследований полагают, что сельдь стала обильно ловиться начиная с 2000-х годов в основном из-за потепления воды в Восточном море. Но исследователи предостерегают против бездумного вылова: прецедент, когда в северных водах Атлантического океана из-за чрезмерного вылова резко сократилась популяция сельди, говорит о необходимости запрета на вылов молодняка сельди. Показателен также пример Норвегии, где в 1970 году из-за чрезмерного вылова сельди уловы сократились до менее тонны, и на то, чтобы вернуться к былому уровню, потребовалось целых 20 лет. Мы всё ещё мало знаем о том, как мигрирует сельдь. Она вернулась в Восточное море, но в соседнем Жёлтом море и у японского острова Хоккайдо она по-прежнему ловится плохо. Мы не до конца понимаем причины этого феномена. Как следствие, вместо бездумного вылова, нам следует занять скромную позицию по отношению как к сельди, так и к природе в целом. Чон Чжэхун, фармацевт, кулинарный критикПак Сочжон, иллюстратор

Цветы, которые никогда не увядают

Guardian of Heritage 2021 WINTER 150

Цветы, которые никогда не увядают Цветы, которые никогда не увядают Традиционное искусство изготовления цветов «чихва» из бумаги «ханчжи» в наши дни с трудом выживает в силу того, что затратные с точки зрения времени и усилий «чихва» заменяют живыми цветами. Досточтимый Согён приобщился к этому ремеслу в 1980-х годах и посвятил себя восстановлению всех традиционных «чихва», которые некогда использовались для украшения буддийских церемоний. Бутоны лотоса созданы из «ханчжи», традиционной бумаги из шелковицы, окрашенной полынью.Чтобы изготовить традиционные бумажные цветы, «ханчжи» окрашивают натуральными красителями, увлажняют, а потом придают нужную текстуру, для чего используется плиссировка, складывание, скручивание и вытягивание.Самый трудный из этих приёмов — плиссировка, когда с помощью острого ножа надавливают на «ханчжи», чтобы получить мелкие складки. Бумажные цветы, или «чихва», в прошлом широко использовались как украшение при совершении разных буддийских и шаманских ритуалов, а также в дворцовых церемониях.Они были также важны во время проведения свадеб или похорон и в частных домах. В наши дни, когда даже посреди зимы мож но выра щ ивать цветы в теплице, место «чихва» всё чаще занимают живые цветы, но в буддийских храмах основные церемонии по-прежнему не обходятся без бумажных цветов. В буддизме цветы имеют религиозный смысл. По преданию, Буд да Шакьямуни показывал лотос ученикам, и его ученик Махакашьяпа внезапно прозрел, постигнув бессловесную проповедь. Поэтому в большинстве буддийских сутр цветы означают просветление. Также в буддийском контексте корейское слово «чаном» («аламкарака» на санскрите) означает «украшение», когда буддийский храм украшают цветами в знак подношения Будде. То, что в храмах начали изготавливать бумажные цветы, связано с тем, что срывание цветов приравнивалось к умерщвлению живого. Один буддийский монах уж 40 лет занимается этим «величественным и строгим» ремеслом, считая это формой духовной практики. Со времён своей первой выставки в 2008 году досточтимый Согён прилагает усилия, чтобы рассказать об этом традиционном ремесле широкой публике.Его способности и усилия получили официальное признание в 2017 году — тогда изготовление «чихва» было объявлено нематериальным культурным достоянием провинции Кёнги-до. НАТУРАЛЬНОЕ ОКРАШИВАНИЕ Из уст тех, кто впервые видит его «чихва», неизменно вырываются возгласы восхищения — настолько изысканны цвета и тонкость исполнения.Изготовление такой красоты человеческими руками требует тяжёлого труда и долготерпения. Недаром досточтимый Согён считает это ремесло видом духовной практики: на то, чтобы изготовить один цветок, начиная с подготовки сырья, уходит год. Процесс включает в себя окрашивание бумаги «ханчжи» натуральными красителями, закладывание мелких складок, чтобы сделать лепестки, формирование из них соцветий, а потом прикрепление к «стеблям» из бамбука. Досточтимый Согён изготавливает пион из плиссированной бумаги. В знак признания его способностей и усилий в деле возрождения традиционного ремесла на протяжении 40 лет в 2017 монах был признан Нематериальным культурным наследием провинции Кёнги-до. Только на изготовления клея уходит более полугода. Цельное пшеничное зерно или клейкий рис ферментируют в воде, сливая пену и меняя воду на протяжении трёх–шести месяцев, пока вся оболочка не исчезнет и не останется только крахмал. Потом весь процесс повторяют снова, и лишь тогда получается клей, который предотвращает поедание бумаги молью. Ёнсанчжэ, буддийский обряд для успокоения ду ха умершего человека, который в 2009 году был внесён в список Всемирного нематериального наследия ЮНЕСКО, обычно проводится в течении трёх–пяти дней. Для него досточтимый Согён начинает изготавливать цветы за полтора года. — Когда я смотрю, как бумажные цветы сжигают после ритуала, каждый раз даю себе слово, что этот раз был последним и я больше не буду делать это, но потом, в какой-то момент обнаруживаю, что опять готовлюсь к церемонии, — говорит монах. Первый реальный этап изготовления «чихва» — это окрашивание бумаги. Для этого монах использует собранное и высушенное в течение предыдущего года сырьё. Индиго даёт синий цвет, цезальпиния саппан — красный, плоды гардении — жёлтый, полынь — зелёный, а дикий виноград или тимьян ползучий — фиолетовый. Помимо этого, для получения светло-жёлтого цвета берут лук, а для ярко-красного — сафлор. Труднее всего сделать краситель из индиго и сафлора. Окрашивание с использованием индиго вк лючает в себя настолько сложный процесс ферментации клея из этого растения, что в Корее его объявили важным нематериальным наследием. При работе с любым красителем, чтобы получить желаемый цвет бумаги, нужно погрузить её в краситель, а потом достать и высушить, и повторить этот процесс несколько раз. В результате этих усилий можно создать «чихва», которые выглядят как живые цветы. — Конечно, когда нужно, делаю в любое время, — говорит монах. — Но обычно окрашиванием занимаюсь весной: в марте-апреле бумага очень хорошо сохнет. «НАПАИВАНИЕ ВЛАГОЙ» И «ЗАКЛАДЫВАНИЕ СКЛАДОК» Самый важный этап в изготовлении «чихва» — обеспечение должного уровня влажности бумаги перед соз- данием складок. Если бумага слишком сухая, складки тут же разглаживаются, если слишком влажная — вообще не схватываются. Этот процесс, который монах называет «напаивание влагой», выглядит на первый взгляд простым, но для него требуется особая чувствительность кончиков пальцев, приобретаемая долгим опытом. Вымоченное в воде и тщательно отжатое полотенце расправляют, а сверху кладут бумагу.Наслоив таким образом полотенца и бумагу, их оборачивают полиэтиленом и оставляют в тёплой комнате на пару часов. После чего наощупь проверяют, подходит ли её состояние для закладывания складок. Только те цветы, которые изготовлены из достаточно влажной бумаги, сохраняют форму и десять, и двадцать лет. — Когда и дё т дож д ь, бу ма г у не складываю. Если уж приходится, то вк л юча ю о т оп лен ие, ч т о бы пон изить влажность в комнате. А летом в жару не могу, когда хочется, включить вентилятор из опасения, что бумага высохнет. Ведь «ханчжи» очень чувствительна к влажности, — объясняет досточтимый Согён. — Когда бумага под пальцами слегка похрустывает, вот тогда она готова. Чаще всего монах делает цветы, ко т оры м и у к р а ш а ю т бу д д и йс к и й алтарь: пионы (древовидные «моран» и молочноцветковые «чагяк»), хризантемы и лотосы. В народе пионы символизируют процветание и славу, но в буддизме они означают ум Будды, поэтому их возлагают на верхнюю часть алтаря. Среднюю часть украшают хризантемами и мистическими белыми лотосами («пундарика» на санскрите, «тарихва» по-корейски), а нижнюю — лотосами. Чтобы сделать лепестки, сначала нужно сделать мелкие складки на бумаге, для чего используются плиссировка, складывание, скручивание и вытягивание. Самый трудный из этих способов — плиссировка, когда острым ножом надавливают на «ханчжи», чтобы получить мелкие складки. Стоит приложить немного больше си лы, и бу ма га п рорезывае тс я насквозь, поэтому это самый капризный приём, требующий полной концентрации духа. — Как-то один посетитель выстав ки спросил у меня, где продают бумаг у с такими изящными ск ла дочками, — вспоминает монах. — Если бы я выбрал способ полегче, к примеру использовал готовую гофрированную бумагу, у меня никогда бы не получилось создать цветы, которые выглядят как настоящие на лоне природы. Когда долго делаешь складки, болят суставы каждого пальца, но я повторяю этот процесс снова и снова с настроем, что это духовная практика. Для изготовления «чихва» используются различные виды ножей, шил и молотков. Молоток и складной нож с рукояткой в форме рыбки используются для придания формы стеблям из бамбука или леспедецы, а шило — в основном для фиксации лепестков хризантем. ВОЗРОЖДЕНИЕ ТРАДИЦИОННЫХ «ЧИХВА» Говорят, что «чихва» могут простоять хоть тысячу лет, но очень немногие из них дошли до наших дней. По окончании церемонии «чихва» сжигали, поэтому мы можем увидеть их только на картинах. К тому же описания способов их изготовления тоже не найти. В начале 1980-х годов досточтимый Согён научился изготавливать несколько видов «чихва», традиция которых не без усилий сохранялась в одном из храмов. Его учителем был досточтимый Чхунгван, служивший в Куин-са — главном храме корейского буддийского ордена Чхонтхэ в Таняне (провинция Северная Чхунчхон). Впоследствии с целью возродить ори г и на л ьн у ю форм у т ра д и ц ионных «чихва» монах ездил по стране, стрем ясь перен ять секреты ремесла у немногих оставшихся мастеров.Он также обращался к изображениям «чихва» в исторических записях эпох Корё и Чосон. Чаще всего бумажные цветы появлялись в буддийской живописи, в частности на изображениях Ритуала Эликсира Бессмертия — ритуала вознесения молитв о том, чтобы души умерших упокоились в раю. Основываясь на этих картинах, монах сумел воссоздать много разных видов «чихва». Считается, что существовало около 60 видов традиционных «чихва», из которых досточтимый Согён возродил немногим менее половины. Поэтому воссоздать оставшиеся — задача, которую он поставил перед собой. Из многочисленных материалов о «чихва», собранных монахом, он особенно дорожит опубликованной более 100 лет назад книгой о Корее — всего из-за одной чёрно-белой фотографии. — В 2000-х годах, когда я был настоятелем храма Когван-са ордена Чхонтхэ в Копенгагене, там в одном книжном случайно нашёл книгу «I * Korea» (Elanders Boktryckeri Aktiebolag, 1912), написанную Уильямом Андерсоном Гребстом, и когда на одном фото я увидел пионы из бумаги, я был так рад, что не передать словами. Это произведение выражает Мир сокровищницы цветка лотоса, т.е. мир, где рождается лотос, — Чистую Землю Вайрочаны. Чтобы его лотосы выглядели как живые, досточтимый Согён однажды четыре дня подряд наблюдал за тем, как они цветут и увядают. «Венок в виде веера из пультухва». 220 × 180 см.Разновидность традиционного венка из цветов, на котором количество цветков в ряду увеличивается снизу вверх. «Пультухва» (калина бульденеж; по-корейски букв. «цветок [в виде] головы Будды») с его крупными «кучерявыми» соцветиями часто сажают на территории буддийских храмов. Всё это время досточтимый Согён рассказывал об искусстве «чихва» за рубежом, проводя выставки в Дании, Ка на де, Япон и и, Бе л ьг и и, СШ А. В июне 2014, во время 24-ого культурно- го фестиваля округа Чарльз ArtsFest в Мэриленде (США), он в своём павильоне предлагал желающим попробовать изготовить «чихва» — к большой радости местной публики. А в июле 2017 года монах выставил более 30 «чихва» на «Korean Art & Soul» — ежегодном фестивале, проводимом Корейско-американским к ульт у рным фондом искусств. Взгляды посетителей привлекли почти двухметровый величественный венок в виде веера и венок в виде юлы, созданный более чем из 250 бумажных цветов. — Тогда на ArtsFest ко мне подошёл Питер Мёрфи, президент Совета окружных комиссаров округа Чарльз, и сказал, как он впечатлён моей работой. Потом он снял с лацкана значок окружного комиссара и прикрепил его на моё одеяние. Все репортёры были поражены. Сейчас досточтимый Согён трудится в мастерской в арендованном здании в Ичхоне (провинция Кёнги-до).Благодаря тому, что его ремесло было признано культурным наследием провинции, удалось обеспечить минимум условий для воспитания учеников, но обстоятельства остаются непростыми. — Я просто хочу иметь постоянное место, где я мог бы посвятить всего себя своему искусству и передать ремесло создания «чихва» большому количеству людей, — надеется досточтимый Согён. «Венок из пионов в виде юлы». 200 × 85 см.Этот букет пионов — воспроизведение «чихва», изображённых на картине Ритуала Эликсира Бессмертия, хранящейся в храме Якусэндзи в префектуре Хёго в Японии. Картина, созданная в Корее в 1589 г., в средний период Чосон, является старейшей из сохранившихся картин Ритуала Эликсира Бессмертия. И Чжонын,президент «Чхэюль» Ан Хонбом,фотограф

People

Жизнь, полная чудес

In Love with Korea 2021 WINTER 126

Жизнь, полная чудес Католический священник Ким Хачжон, урождённый Винченцо Бордо из Пьянсано (Италия), прибыл в Корею в 1990 году и посвятил себя заботе о бедных. В условиях пандемии его благотворительный центр ежедневно раздаёт ланч-боксы сотням бездомных людей. Последние 30 лет отец Ким почти каждый день проводит в фартуке. В скромном офисе в его «Доме Анны», бесплатной столовой в Соннаме (провинция Кёнги-до), на стене висит портрет кардинала Ким Сухвана (1922—2009), который был в первых рядах движения за демократию против военной диктатуры в 1970—1980-х гг. Пока пандемия COVID-19 продолжает угрожать миру, отец Ким Хачжон потихоньку распространяет другой вид «вируса». Потребность помогать другим он называет «вирусом, заражающим людей счастьем». В его «Доме Анны», центре социальной помощи, расположенном в Соннаме, городе-спутнике Сеула, помощь людям принимает разные формы. С начала 2020 года, когда пандемия впервые затронула Корею, самая осязаемая из них — это ежедневное приготовление нескольких сотен ланч-боксов для нуждающихся и бездомных.Отец Ким открыл бесплатную столову ю задолго до COVID-19. Большинство других таких точек закрылось, когда в силу вступили ограничения на приём пищи в помещениях, но отец Ким отказался сдаваться. «Невозможно закрыть бесплатную столовую, ибо желудки не отдыхают. 70% людей, которые приходят сюда, едят раз в день. Если мы их не покормим, они останутся голодными». БЕСПЛАТНЫЕ ЛАНЧ-БОКСЫПерейти на ланч-боксы было трудно — потребовалась другая система управления плюс выросли расходы в силу необходимости упаковывать еду и из-за риска для здоровья всех вовлечённых в процесс. Но с января 2020 года по разрешению городских властей «Дом Анны» раздаёт от 650 до 750 ланч-боксов ежедневно.Для отца Кима обеспечение нуждающихся питанием — это чудо. Он вспоминает, как однажды вдруг обнаружил, что осталось очень мало риса.— Каждый день мы используем 160 кг риса. И у нас его оставалось только на два дня. Я начал переживать, но повар сказал: «Господь пошлёт нам риса». И на следующий день мы обнаружили перед дверью центра 100 мешков риса.Люди жертвуют еду, деньги, одежду, маски и другие вещи. Многие находят время, чтобы лично участвовать в приготовлении еды, её упаковке, организации очередей за ланч-боксами и уборке. Среди волонтёров не только католики, но и буддийские монахи и мусульмане, а также знаменитости, офисные служащие и студенты. Есть даже собака по кличке Луи Вуиттон, от взгляда на которую на лицах людей расплываются улыбки.Нуждающиеся стекаются со всего Соннама и даже из Сеула за ланч-боксами, которые раздают в 3 часа дня. Протягивая ланч-бокс, отец Ким и волонтёры говорят каждому: «Добро пожаловать! Мы вас любим».— Из-за пандемии нам действительно приходится тяжело. Но это время и для «вируса» любви и помощи. Мы испытали это из-за пандемии, но это тот опыт, который поистине прекрасен. ПОСВЯЩАЯ СЕБЯ НУЖДАЮЩИМСЯВинченцо Бордо решил стать священником ещё в старших классах. А по окончании учёбы в университете, где он изучал восточную философию и религию, молодой человек присоединился к конгрегации миссионеров-облатов Непорочной Девы Марии, основная цель которых — забота о нуждающихся. Интерес к Азии привёл итальянца в мае 1990 года в Корею, и вскоре он начал работать с монахиней, которая присматривала за бедными семьями.В своей книге «Минута страха, чудеса каждый день» (2020 г.) отец Ким вспоминает момент, ставший переломным. В 1992 году случай свёл его с наполовину парализованным мужчиной в возрасте за 50, который жил один в покрытом плесенью подвале милостью подкармливающих его соседей (и голодая, когда они не приносили ему еды). Поговорив с подопечным и убравшись в комнате, отец Ким с разрешения мужчины обнял того и почувствовал такой запах, что его чуть не стошнило. Но в то же время на него снизошло неописуемое счастье и покой. Осознав, что много людей живёт, выпав из системы соцобеспечения, отец Ким на следующий год организовал бесплатную столовую. Корея тогда была не та, что сейчас.— Люди спрашивали меня, почему я кормлю бездомных. Говорили, что я не должен этого делать, потому что они алкоголики, от которых одни неприятности, — вспоминает он. — Сейчас это не так. Наше общество действительно изменилось.После азиатского финансового кризиса 1997 года многие потеряли источник пропитания и стали бездомными. В 1998 году отец Ким организовал бесплатную столовую с помощью благотворителя, мать которого носила имя Анна, отсюда «Дом Анны». В ней бесплатно кормили каждый будний день.Многие годы столовая работала в помещении, предоставленном собором Соннама. Но его пришлось освободить в 2018 году. По мере приближения дня «выселения» росло беспокойство отца Кима. Власти Соннама посоветовали ему построиться заново на земле через дорогу, поскольку вскоре с неё должны были снять ограничения на застройку из-за нахождения в зелёном поясе. Но это было нереально, ибо денег на покупку земли у отца Кима не было. — Я подумал, что, возможно, это и вправду конец, — вспоминает он. — Решил, что, может быть, время остановиться и выйти в отставку. НОВЫЙ ДОМПомощь пришла в виде просьбы об интервью. Отец Ким неохотно согласился на встречу, как он по ошибке решил, с местной газетой. Но интервью оказалось с KBS для программы «Человеческий театр». После выхода эпизода с отцом Кимом в эфир, «случилось ещё одно чудо»: хлынувшие пожертвования вскоре достигли суммы в 1,2 млрд. вон, достаточной для покупки земли. Отец Ким говорит, что энергия, позволяющая ему так долго помогать нуждающимся на чужбине, теперь ставшей ему домом, — это любовь. Каждый раз, когда из-за трудностей он был готов сдаться, ктонибудь появлялся и помогал сохранять «Дом Анны» на плаву.Отец Ким верит, что всё это — сила любви. «Дом Анны» открылся в новом здании в 2018 году. Главная, но не единственная забота — это бесплатная столовая. Сейчас здесь также лечат, помогают с реабилитацией, оказывают юридическую поддержку, еженедельно проводят лекции по гуманитарным предметам, дают пристанище бездомным, старикам и сбежавшим из дома подросткам, работают с населением.Перед пандемией в рамках программы «Ачжитхы» (от «Аи-дырыль ЧИ-кхинын ТХЫрок», т.е. «Гру зови к, за щ и ща ющ и й де т ей») волонтёры каждую ночь общались на улицах с десятками мальчиков и девочек. Из-за пандемии многие виды деятельности были приостановлены, но эту программу отец Ким продолжает.По-корейски слово «ачжитхы» (от русского «агитпункт») означает «место сбора; тайное убежище».— Мы даём надежду. Мы сеем семена надежды в душах людей. Может быть, они вырастут в большие деревья, а может быть, и нет. Никто не знает. Но мы призваны делать всё возможное. СЛУГА БОЖИЙПоследние 30 лет отец Ким почти каждый день проводит в фартуке. А по воскресеньям колесит на велосипеде по набережным Хан-гана. Чудеса продолжаются, но трудно заботиться о других с такой отдачей изо дня в день. Заметив однажды, что сердце стало биться чаще, он пошёл к врачу, который сказал, что это из-за стресса. И отцу Киму пришлось на время отказаться от утреннего эспрессо — единственной итальянской привычки, которую он сохранил.Что он полу чает за этот тяжёлый труд на благо других людей?— Работа с нуждающимися приносит мне счастье. Для меня это не работа. Моя миссия, моя жизнь здесь состоит в том, чтобы привечать этих людей, любить их и помогать им.Это предназначение отражено в его корейском имени Хачжон — «слуга Господа». А фамилия Ким — дань уважения Ким Дэгону (1821—1846), первому корейскому католическому священнику, казнённому во время гонений на христиан в эпоху Чосон и канонизированному в 1984 году с другими корейцами-мучениками.Деятельность отца Кима не осталась незамеченной. В 2014 году он получил престижную награду Хо-Ам. На вопрос о самой значимой награде отец Ким, просияв, рассказывает о группе детсадовцев, недавно подаривших ему пачку накопленных банкнот в 1000 вон. Ещё одной наградой, сделавшей его по-настоящему счастливым, стало корейское гражданство, предоставленное ему президентским указом в 2015 году. Задолго до натурализации отец Ким решил, что останется в Корее навсегда и даже подписал бумаги о посмертном донорстве своих органов.— Я кореец, а не иностранец, — говорит он. — Для любви причина не нужна. Волонтёры каждый день собираются в час дня в столовой «Дома Анны», чтобы приготовить ланчбоксы. Их руки споро раскладывают рис, «панчхан», суп, хлеб, консервы и т.д. Отец Ким (крайний справа) всегда трудится вместе с ними. Каждый день с 3 часов отец Ким вместе с волонтёрами раздаёт ланчбоксы бездомным, выстроившимся в очередь перед собором Соннам через дорогу от «Дома Анны». Более 700 ланчбоксов расходятся всего за пару часов.

Новое пространство для учёбы

Lifestyle 2021 WINTER 137

Новое пространство для учёбы Стади-кафе — симбиоз кофейни и арендуемого рабочего места — привлекают студентов, офисных служащих и даже пожилых людей. Предоставляя возможность заниматься в одиночку или группой, они становятся всё популярнее в условиях затянувшейся пандемии. Стади-кафе начали появляться в крупных городах около 10 лет назад, и их число постепенно росло.А потом пандемия COVID-19 спровоцировала резкий рост таких заведений из-за закрытия вузов и офисов, вынудившего студентов и взрослых искать спокойное место, где можно было бы поработать в одиночку или в команде. Места для работы обычно отделены плексигласовыми перегородками, чтобы люди чувствовали себя менее изолированными. © TRISYS Пак Чонын, студентка 4 курса, изучающая политологию в Университете Инха (г. Инчхон), привыкла заниматься в библиотеке своего вуза. Но пандемия перенесла занятия в онлайн, а библиотеку закрыла. В результате девушка переместилась для учёбы в стади-кафе, но новое окружение для студентки, привыкшей к тишине библиотеки, оказалось непривычным.— Поначалу мне было странно, что люди пьют кофе, переходят с место на место, плюс работает генератор белого шума. Но со временем я приспособилась и обнаружила, что, хотя здесь мало правил, ограничивающих поведение, мне нравится здесь заниматься, так как я стала лучше концентрироваться, — говорит Чонын. — Конечно, я надеюсь, что пандемия скоро закончится и можно будет снова ходить в университетскую библиотеку. Но думаю, что и тогда я буду ходить с друзьями в стади-кафе. В большинстве стади-кафе нет обслуживающего персонала на местах, и их владельцы стараются повысить конкурентоспособность путём предложения специальных услуг. Во многих из них имеются снек-бары. А в некоторых даже разрабатывают собственное сезонное меню снеков. © THENEWWAYS Стади-кафе — это гибрид кофейни и «токсосиль», частной «читальни», где занимаются самостоятельно. В большинстве стади-кафе нет персонала. Посетители оплачивают время через терминал, после чего автоматический сканер проверяет температуру и, если она в норме, пускает внутрь. Для работы можно выбрать любое место, а когда оплаченное время истекает, там отключается электричество. Продлить пребывание можно через терминал. В большинстве случаев бесплатно предоставляются напитки и снеки.Есть также аппарат с функцией печати и копирования. Большинство рабочих мест расположено за длинными столами с перегородками. Но при этом стади-кафе оборудованы также отдельными переговорными для общения онлайн или очно, зонами для любителей от души поклацать по клавиатуре ноутбука, а также изолированными помещениям для тех, кому нужно полное одиночество. РЕЗКИЙ РОСТСтади-кафе только появились около 10 лет назад, и тогда их посещали в основном ученики средних и старших классов, а также молодёжь, занятая поисками работы. Но в последнее время с ростом числа стади-кафе расширились и возрастные группы их посетителей. В условиях пандемии, когда закрылись государственные и вузовские библиотеки, в надежде найти спокойное место для учёбы и из желания вырваться из надоевших за время локдауна четырёх стен в стади-кафе хлынули студенты и офисные служащие.Стади-кафе с их удобной системой управления и небольшими расходами на содержание резко всплыли как привлекательный тренд на рынке стартапов.— Стади-кафе, число которых значительно выросло с прошлого года, не требуют тяжёлого труда и больших расходов на персонал, а спрос на них стабильный, поэтому они считаются хорошим стартапом, -— говорит Юн Хёнчжун, глава компании Trisys, управляющей сетью стади-кафе «Кибон».Предложение последовало за спросом. Г-жа Ким Синэ открыла по франшизе сетевое стади-кафе «Кибон» в Кояне (провинция Кёнги-до) в феврале 2021 года. Тогда, в самый разгар пандемии, её точка была единственной в районе, но всего за полгода поблизости открылось более 10 стади-кафе.— Каждый месяц открывается новое стади-кафе. Рынок насыщен, но полагаю, что бум продолжится ещё какое-то время, — говорит г-жа Ким. — Даже после окончания пандемии стади-кафе будут пользоваться большой популярностью. Студенты будут всегда, а стади-кафе являются привлекательным местом для учёбы. Но в этих обстоятельствах каждой точке придётся наращивать конкурентоспособность за счёт предложения уникальных услуг.До того как открыть стади-кафе, г-жа Ким более 16 лет управляла «хагвоном», центром дополнительного обучения для школьников. По её словам, держать стади-кафе легче в моральном плане, поскольку не нужно лично общаться с людьми, но более затратно физически: необходимо приходить ежедневно утром и вечером, чтобы проводить тщательную уборку и пополнять запасы напитков. До запрета заведениям такого типа работать после 10 вечера её стади-кафе работало круглосуточно.— Сейчас мы закрываемся в 10 вечера, и доходы, конечно, упали. Но когда точка работала круглосуточно и без выходных, она приносила больше денег, чем мой «хагвон». Поэтому я думаю, что сменить сферу деятельности было правильным решением. ИЗМЕНЕНИЯ КУЛЬТУРЫ УЧЁБЫ Конечно, за процветанием стади-кафе стоит не только пандемия. Этот бум легче понять, если рассматривать его в контексте постепенно меняющейся корейской культуры учёбы.Традиционно в Восточной Азии обу чение строилось с упором на длительную зубрёжку в тишине. В эпоху Чосон (1392—1910) молодые «сонби», удалившись в скиты в горах, погружались в учёбу, чтобы сдать экзамен кваго, а в наши дни многие студенты, офисные служащие и молодёжь занимаются, найдя место для учёбы по своему вкусу. Немало тех, кто с целью сконцентрироваться на учёбе переезжает в районы, известные как «косичхоны» — кластеры «косивонов», общежитий с комнатами-пеналами.Любой кореец в возрасте за 30 во время учёбы в вузе хотя бы раз готовился к экзаменам в районной «читальне» или библиотеке. В обоих заведениях обычно очень тихо, поэтому многие болезненно реагируют даже на звук открывания и закрывания двери. В 2010 году исследователи Университета Чоннам опросили 120 студентов на предмет изучения реакции на шум в читальном зале и выяснили, что тех, кого он «совершенно не беспокоит», всего 1,7%, при этом более трети респондентов ответили, что из-за шума у них поднимается давление или случаются проблемы с пищеварением и даже со сном.С 2010-х годов университеты стали по-новому подходить к оценке знаний студентов. Снизилась доля экзаменов в виде тестов в середине и в конце семестра, зато возросла доля групповых проектов. В вузах стали считать более важным умение сформулировать задачу и найти её решение, нежели просто прочесть задание и выбрать правильный ответ.Теперь, когда у чёба больше не сводится к зубрёжке в тишине в одиночку, студентам потребовалось место, чтобы собираться вместе и дискутировать. В этом контексте то, что они предпочли «читальням» и библиотекам с их полной ограничений атмосферой стади-кафе, где разрешены шум и свободное перемещение, выглядит естественным ходом событий. Наглядным символом духа свободы стади-кафе является, наверное, транслируемый через колонки белый шум, который способствует повышению концентрации. Посетители оплачивают время через терминал. Они могут выбрать, где сесть — за открытым столом или там, где индивидуальное место оборудовано плексигласовой перегородкой. Большинство столов снабжено розетками для подключения девайсов посетителей. © INGStroy Inc.   ОПТИМАЛЬНОЕ МЕСТО ДЛЯ УЧЁБЫВ этой ситуации процветают и обычные кафе. В них обосновались не только любители позаниматься в кафе, но и те, кто устал от работы на дому. Для именования кафе, где люди работают, как в офисе, даже возник неологизм «кхопхисы» (от кор. «кхопхи», т.е. «кофе» + «опхисы», т.е.«офис»).Дизайнер контента И Соми после начала пандемии стала больше работать из дома, но вскоре обнаружила, что теснота и наличие рядом домочадцев не способствует эффективности. В течение нескольких месяцев девушка работала из обычного кафе, но чувствовала неловкость перед посетителями и персоналом, поскольку, заказав одну чашку кофе, подолгу занимала место.К тому же было трудно найти подходящее место для общения по видеосвязи. Для неё стади-кафе было словно новый мир. Там она может спокойно работать, а при необходимости сделать видеозвонок пользуется отдельной комнатой. Доступная цена и возможность оплаты по факту также идеально подошли девушке с гибким графиком работы.Если владельцы кофеен нацелены на то, чтобы продать побольше напитков при непрерывной смене посетителей, то в стади-кафе достигнут баланс между обычным кафе и «читальней». К тому же туда приходит не только молодёжь.— Конечно, основной контингент — это студенты и офисные служащие, — говорит управляющая стади-кафе «Кибон» г-жа Ким. — Но приходят и пожилые люди. Мне кажется, сейчас занимаются самообразованием или учатся, чтобы получить лицензию на профессиональную деятельность, представители самых разных возрастных групп. Управляя стади-кафе, я перестала думать, что учёба — это прерогатива лишь молодёжи. в некоторых стадикафе разрабатывают своё собственное меню, в некоторых точках, расположенных рядом с вузами, посетителям предлагают бесплатные снеки и напитки. © TRISYS

Вкус, воскрешающий воспоминания

An Ordinary Day 2021 WINTER 120

Вкус, воскрешающий воспоминания «Ттокпокки» — неизменно любимая «медленная еда» корейцев, хотя в зависимости от эпохи и региона её вкус и состав ингредиентов всё время менялся. Среди самых известных лавок Сеула, где торгуют этим снеком, — ресторанчик «Ттокпокки бабушки с рынка Кархён», где г-жа Ким Чжинсук продолжает 40-летнюю традицию, угощая постоянных покупателей «токкпокки», приготовленным по секретному рецепту своей свекрови. Улюбого корейца в уголке памят и х р а н и т с я в о с п ом и н а н и е о «ттокпокки». Вкусный запах кусочков «ттока» в остром соусе заполняет переулок, по которому идёшь из школы домой; воспоминание о том, как после школы ел «ттокпокки», не стирается из памяти даже спустя долгое время.Считается, что нынешнее «ттокпокки» с острой перечной пастой «кочхучжан» впервые приготовила Ма Бонним (Бокрим, 1920—2011). До этого длинную рисовую колбаску «карэтток» резали на кусочки, чтобы было удобно брать палочками, и обжаривали с овощами, приправив соевым соусом. Согласно кулинарной книге «Сиый чонсо» (Свод п ра ви л ьн ы х значен и й), и з да н ной в XIX веке, в конце династии Чосон, «дворцовое блюдо готовили, обжарив белый карэтток и оковалок и добавив кунжутное масло, соевый соус, зелёный лук, грибы и т.д.» и называли его «ттокччим» или «ттокчапчхэ». Как же так вышло, что блюдо дворцовой кухни превратилось в дешёвую уличную еду?В 1953 году, сразу, сразу после Корейской войны, г-жа Ма Бонним, чтобы попотчевать дорогого гостя, повела его в китайский ресторан. Заведение только открылось, поэтому на каждом столе стоял поздравительный «тток» от хозяина. Г-жа Ма случайно уронила кусочек «ттока» в миску с «ччачжан-мёном» (лапша в чёрном соусе из соевых бобов), и он оказался на удивление вкусным. Вернувшись домой, она взяла вместо дорогой чёрной бобовой пасты дешёвую пасту «кочхучжан» и приготовила острый «токкпокки». А потом в районе Синсан-до столичного округа Чун-гу открыла лавку, где прода ва ла «т ток пок к и» в соусе из смеси «кочхучжана» и чёрного бобового соуса, и в 1970-х годах это блюдо стало всенародно любимой уличной едой. В те времена в этом районе процветали заведения, где с прицелом на подростков торговали рамёном и другими мучными изделиями, в некоторых из них даже были диджеи, включавшие песни по заявкам. Тогдашние школьники очень любили по дороге из школы зайти в такую лавку, где можно было, слушая любимую песню, поесть с друзьями «ттокпокки». ИСТОЧНИК ПРОПИТАНИЯ СЕМЬИСвекровь г-жи Ким Чжинсук, г-жа Чин Янгын, начала продавать «ттокпокки» в 1980-х годах на рынке в Кархён-доне, в окру ге Ынпхён-г у Сеула. Это был уличный лоток даже без вывески.— Свекрови, которой в этом году 92, тогда было лет 45, а моему мужу 11 лет, — вспоминает г-жа Ким. — В округе было целых три школы 3-й ступени для девочек, поэтому недостатка в покупателях не было. В те годы в школах не кормили, и в обеденный перерыв школьницы гурьбой приходили сюда поесть. Говорят, что многие из них продолжали приходить и после школы, поэтому всегда было полно клиентов. В семье свекрови было много едоков, и эта лавка была источником пропитания целой семьи.В 1992 году г-жа Ким вышла замуж за г-на Ким Ванёна, четвёртого сына г-жи Чин Янгын. После того как её свекровь перенесла операцию на тазобедренном суставе и больше не могла вести дело в одиночку, все домочадцы приходили ей помогать. Супруг г-жи Ким тоже стал помогать в лавке и както предложил жене поработать вместе. Спустя какое-то время свекровь, наблюдавшая за г-жой Ким, спросила у неё, нет ли у неё мыслей продолжить заниматься этим. Г-жа Ким, почти не раздумывая, согласилась и с тех пор так и стоит за прилавком.В 2015 году из-за редевелопмента рынок исчез, но супруги заново открыли лавку на том же месте, впервые снабдив её вывеской: «Ттокпокки бабушки с рынка Кархён».— Свекрови тогда уже было за 80, но она не очень-то любила, когда её называли бабушкой, — вспоминает, улыбаясь г-жа Ким. — С тех пор мы с мужем вдвоём стали заниматься лавкой. В меню — то же, чем торговала свекровь: «ттокпокки», кровяная колбаса «сундэ», два вида пельменей «манду», варёные яйца и роллы из кима «киммари».Готовят по рецепт уре свекрови, но пропорции соуса немного изменили, чтобы смягчить, сгладить его вкус. В результате он стал менее слад- ким, менее солёным и менее острым.Ингредиенты, как и прежде, выбирают самые качественные, не забывая о здоровье и гигиене.Муж идёт в лавку в 7 утра. На то, ч т обы расс та ви т ь вы м ы т ые на к ануне приспособления для готовки, поставить воду, приготовить на пару «сундэ», сварить яйца и подготовить всё необходимое, уходит час.— «Тток» из пшеничной муки для «ттокпокки» слеплен в кучу, и отделять «колбаски» одну за другой — дело непростое, — говорит г-жа Ким. — Иногда «тток» разделяют заранее, но он не такой вк усный. Выходит, стоит нам приложить немного больше усилий, и наши покупатели смогут поесть повкуснее. На один поддон «ттокпокки» нужно 324 «колбаски», в день продаём поддонов десять.Спустя два часа, в 9, завершив все приготовления, открывают лавку. Г-жа Ким приходит к десяти. Между супругами нет чёткого разделения ролей:оба и готовят, и обслуживают покупателей. Ведь даже в отсутствие одно- го из них торговля не должна прекращаться, так что оба должны уметь делать всё. Г-жа Ким Чжинсук и её муж г-н Ким Ванён, хозяева «Ттокпокки бабушки с рынка Кархён» в районе Кархён-дон, в столичном округе Ынпхён-гу, проводят свои дни ровно на том месте, где мать г-на Кима около 40 лет назад поставила свой уличный лоток, чтобы продавать кусочки «ттока», тушёные в аппетитном остром соусе. СОХРАНЯЯ СЕКРЕТ «Ттокпокки бабушки с рынка Кархён» фанаты «ттокпокки» особенно любят за неизменность фирменного вкуса. Используемый в лавке соус был изобретён в 1980-е гг. свекровью г-жи Ким Чжинсук.И с тех пор его рецепт — тщательно охраняемый секрет. Главное в приготовлении «ттокпокки» — «предварительное отваривание». Отделённые друг от друга «колбаск и» оп уск а ю т на пару м и н у т в кипящую воду, после чего отправляют в поддон для последующей готовки.Если это сделать не так, как следует, «тток» разварится или станет жёстким. Ключевой момент — определить состояние свежего «ттока», которое каждый день немного разнится.— Люди в шутку говорят, мол, брошу работу и пойду торговать «ттокпокки», но на самом деле это гораздо более трудоёмкий бизнес, чем принято думать, — говорит г-жа Ким.Секрет вкусного «ттокпокки», за которым непрерывным потоком идут покупатели, — это пропорции ингредиентов в соусе, температура и время приготовлени я. Ес ли хоть одно из условий не соблюсти, толку не будет. Этот секрет унаследован от свекрови, поэтому является коммерческой тайной. В соус входит более 10 ингредиентов, включая те, которые легко у га дат ь: молот ый красный перец, «кочухчжан», зерновой сироп. Порция «ттокпокки» с апреля этого года стоит 3500 вон.— Каждый год, когда повышается МРОТ, дорожают и продукты, поэтому и мы не можем не поднять цену, — говорит г-жа Ким. — Но «ттокпокки» — это перекус, а не полноценный приём пищи, поэтому повысить цену непросто. Мы долго раздумывали, но в итоге впервые за 6 лет подняли цену на 500 вон.Объём одной порции, по словам г-жи Ким, — «понятие растяжимое». Обы чно это 17-18 «колбасок» п люс «омук» (изделие из рыбной муки), но если покупатель — школьник или рабочий, то всегда кладут парочку сверху.Внутри лавки площадью менее 10 «пхёнов» (около 33 кв. м) уже год никто не ест, продают только на вынос. В одном углу есть электрическая рисо- варка и плита, там супруги готовят себе завтрак и обед. Закрываются в 8 вечера. Когда возвращаются домой, уже 10.— По понедельникам мы отдыхаем. С тех пор, как открыли лавку, кроме выходных, не работали всего три дня: на следующий день после того, как мне сделали операцию, когда сын пошёл в армию и когда он пришёл со службы. Иногда хочется отдохнуть, но ведь тогда мы подведём покупателей. К нам приходят не только местные — люди специально приезжают со всей страны. И если окажется, что они приехали зря, я буду чувствовать себя виноватой. К тому же выходные особо не отличаются от будней. Делаю накопившиеся дела да хожу в больницу лечить туннельный синдром запястья. Профессиональная болезнь.Большинство посетителей — приятные, заботливые люди. Кто-то в жаркий день угощает напитками, ктото приносит овощи, выращенные на своём огороде. — Те, кто помнит свекровь, быва- ет, приходят с детьми, а иногда компанией с однокашниками, — делится г-жа Ким. — Ведь они приходят не за «ттокпокки», а за воспоминаниями. Глядя на них, я учусь душевной теплоте и умению делиться добротой. Прихожу к мысли, что в этом и есть суть нашей жизни.Поэтому г-же Ким жаль, что когда-нибудь её лавке придётся исчезнуть. Она планирует поработать ещё лет десять. Грустно, но передавать это тяжёлое ремесло детям тоже не хочется. Хотя, если дети вдруг скажут, что хотят торговать «ттокпокки» — кто знает… Приготовленный с душой «ттокпокки», которым щедро угощаешь приехавших издалека посетителей, — это нечто большее, чем еда, просто утоляющая голод, — оно наполняет воспоминаниями и делает теплее на душе. Г-жа Ким с мужем каждый день вкладывают душу, чтобы люди могли поесть «ттокпокки» с тем же вкусом воспоминаний, которым когда-то славилась лавка г-жи Чин Янгын.   «Ттокпокки», который готовят слегка отварив колбаски «ттока» в кипящей воде и затем, потушив их с разными овощами и кусочками теста из рыбной муки в соусе из «кочхучжана», — это не что иное, как любимая «медленная еда» корейцев всех поколений и социальных слоёв.

Бум комнатного садоводства

Lifestyle 2021 AUTUMN 139

Бум комнатного садоводства CULTURE & ART--> Бум комнатного садоводства Пандемия коронавируса вызвала широкий интерес к садоводству. Растения успокаивают нервы и оживляют помещение. А выращенная в домашних условиях зелень помогает сэкономить в ситуации, когда цены на продукты непрерывно растут. Из-за пандемии COVID-19 люди стали проводить больше времени дома, увлекаться комнатным садоводством стала даже молодёжь. На разнообразных онлайн-курсах в популярной форме рассказывают, как лучше выращивать дома цветы и зелень. © CLASS 101 Вынужденная работать из дома, г-жа Пак Ынчжин (36 лет) поначалу приобрела одно растение в качестве бальзама для души, измученной особенностями жизни в условиях пандемии, но теперь её балкон похож на сад, а она сама недоумевает, как раньше жила без растений: «Я испытывала беспокойство, страдала от депрессий, но теперь, когда я смотрю на растения, на душе спокойно, и это даёт ощущение стабильности». Г-жа Ким Гёнсон (39 лет, работающая мама) считала, что только пенсионеры копаются в саду, пока однажды не наткнулась на однодневные онлайн-занятия по садоводству. Теперь она выращивает на балконе разные растения, чтобы было чем занять детей, которые из-за пандемии не могут ходить в школу или поехать на выходные на ферму. Когда пандемия кончится, г-жа Ким планирует записаться на офлайн-курсы, чтобы серьёзно изучать planterior (от англ. plant — «растение» + interior — «интерьер»), т.е. искусство использования растений в интерьере с целью создания не только декора, но и психологического комфорта. Интерес к комнатному садоводству, начавший расти около 10 лет назад среди людей пенсионного возраста, сейчас стал проявляться у представителей среднего поколения и у молодёжи. Неофитов от садоводства называют «пхамнини (пхамрини)». Это слово образовано соединением английского farm («ферма»; в корейском написании «пхам») и корейского «орини» («ребёнок, дети»). Изначально данный термин относился к новичкам в RealFarm, мобильной игры для соцсетей. Принимая во внимание жилищную культуру, когда 77,2% населения живёт в многоквартирных домах, то, что родившиеся и выросшие в бетонных коробках без дворов молодые люди оценили радость от выращивания растений своими руками и теперь копаются в земле, является очень значимым изменением. Многие люди справляются с тоской, вызванной пандемией, заводя «зелёных друзей». Ведь, как известно, общение с растениями способствует выработке серотонина, успокаивает и снижает риск депрессии. © Park Hee-ran Ухаживая за растениями в горшках, дети могут знакомиться с природой не выходя из дома. Теперь, когда большинство корейцев живёт в многоквартирных домах, гостиные, балконы и крыши домов превращаются в миниатюрные сады. © Getty Image Korea Ботанический тренд Интерес к садоводству витал в воздухе ещё до пандемии. В октябре 2018 года в Сеуле открылся первый в своём роде Сеульский ботанический парк. За истекшее время его посетило более 10 млн. человек. Примечательно, что после такого успеха слово «ботанический» стало использоваться в названиях самых разных учреждений этого района. Здесь есть «ботанический» жилой комплекс, дворец бракосочетания, кофейня, агентство недвижимости, бильярдная, больница и даже минимаркет.В начале этого года в Сеуле, на острове Ёи-до, открылся самый большой в Корее универмаг — The Hyundai. Этот универмаг нового типа, в котором 49% площадей отдано под внутренние сады и места отдыха, представляет разительный контраст с традиционным универмагом. Он появился в результате того, что «большая тройка» корейских универмагов, «Лотте», «Синсеге» и «Хёндэ», уже несколько лет соревнуется друг с другом в дизайне садовых пространств на своих торговых площадях.Можно сказать, что медленно распространявшийся до пандемии ботанический тренд после наступления коронакризиса вызвал настоящий бум садоводства. В январе, согласно данным крупнейшей в стране сети гипермаркетов «Лотте март», продажи товаров для садоводства, несмотря на общее резкое сокращение продаж из-за пандемии, вслед за ростом на 17,6% в 2019 году продолжили эту тенденцию в 2020 году, увеличившись на 18,7%. В частности, в 2020 году, когда пребывание в четырёх стенах стало нормой жизни, продажи комнатных растений и ваз выросли на 46,5% и 22,3% соответственно. Согласно данным интернет-магазина «Интерпарк», во второй половине 2020 года продажи товаров, связанных с садоводством, выросли на 32% по сравнению с тем же периодом прошлого года.Процветает также индустрия аренды гидропонных установок. Согласно данным Корейской ассоциации содействия изобретениям, масштаб рынка гидропонных установок, оценивавшийся в 2019 году в 10 млрд. вон, к 2023 году вырастет до 500 млрд. вон. Активизировалась также организация выставок, связанных с садоводством. В начале этого года в Национальном дендрарии Сечжона в провинции Южная Кёнсан открылась специальная выставка «Привет, моё растение-питомец!», а в выставочном зале комплексного культурного пространства «Пикник» в Сеуле до октября продлится выставка «Садоводство». Planterior и растения-питомцы Planterior — ещё один тренд, которым мы обязаны буму садоводства. Результаты анализа покупок по кредитным картам, опубликованные Институтом финансов Хана, показали, что продажи цветов и цветущих растений в январе-феврале 2020 года по сравнению с прошлым годом снизились соответственно на 8% и 10%, но с марта, когда связанные с пандемией ограничения стали строже, начали восстанавливаться и с апреля по октябрь демонстрировали рост вплоть до 30% в месяц.В некоторых семьях комнатные растения перестали быть простым украшением интерьера и превратились в домашних питомцев. Восприятие растений как питомцев позволяет человеку чувствовать себя менее одиноким и изолированным, что особенно актуально для тех, кто живёт один, и особенно для пожилых. Интерес к таким питомцам вырос после того, как многие звёзды шоу-бизнеса, в том числе участники бойз-бэнда BTS, стали рассказывать в соцсетях о своих «зелёных друзьях» как о питомцах.Правительственный анализ потребительских трендов в области цветущих растений также показал, что количество поисковых запросов относительно индустрии цветущих растений и цветов в 2020 году увеличилось примерно на 10,3% по сравнению с 2019 годом, что подтверждает растущий интерес к тренду planterior и растениям-питомцам.Американский психолог Стивен Каплан выдвинул «теорию восстановления внимания», согласно которой человек, чтобы освободиться от накопившейся ментальной усталости, инстинктивно стремится к природе. Общение с растениями ведёт к повышению выработки серотонина, успокаивает и снижает риск депрессии. Те, кто попал под чары садоводства, вероятно, испытали на себе целительные способности растений. Предполагается, что комнатное садоводство и после окончания пандемии не перестанет быть элементом нового стиля жизни.Зарубежный рынок также предлагает невиданное ранее разнообразие услуг и изделий, связанных с садоводством. Так, производящий роботов китайский стартап Vincross разработал роботы-растения, которые двигаются как животные-питомцы, а австрийский стартап Herbert создал Ponix Systems — своего рода панно для выращивания цветов и зелени, выполняющее одновременно декоративную функцию. Помимо этого, появились отели для растений, куда вы можете сдать своего зелёного питомца на время отъезда, и клиники для растений. Также есть онлайн-сервисы, где могут поставить диагноз и назначить лечение, если ваше растение-питомец вдруг заболеет. В некоторых семьях комнатные растения перестали быть простым украшением интерьера и превратились в домашних питомцев. Онлайн-курсы, выйдя за рамки показа того, как наполнить почвой горшок и посадить в него растения, теперь предлагают самые разнообразные занятия, в том числе по использованию растений для декорирования стен. ⓒ CLASS 101 Занятия по комнатному садоводству называются также занятиями по «курированию растений». На них рассказывают о жизненном цикле растений, плюсах и минусах их выращивания, а также о способах украшения ими жилого пространства.ⓒ CLASS 101 Чон Дэхон, президент Корейской ассоциации по содействию садоводству в жизни

Продвигая региональный туризм

In Love with Korea 2021 AUTUMN 390

Продвигая региональный туризм CULTURE & ART--> Продвигая региональный туризм Проживая в Сунчхане, в провинции Северная Чолла, Леа Моро делает вылазки в малоизвестные места Кореи, чтобы поделиться с другими желанием познать мир. Каждую среду и по выходным Леа Моро работает гидом на автобусном туристическом маршруте в уезде Сунчхан. Автобус останавливается у главных достопримечательностей уезда, таких как Этнографическая деревня традиционной перечной пасты «кочхучжан», уездный парк на горе Канчхон-сан и гора Чхэге-сан. Леа Моро (Lea Moreau), уроженка Изрона — коммуны с населением около 1000 человек близ Лиона (Франция), описывает себя как «немейнстримовую девушку». Как бы она ни любила BTS и «Блэкпинк», её любимые корейские музыканты — инди-рок-группа «Сэсонён». И ярким огням Сеула она предпочитает жизнь в маленьком городе. В Сунчхане, сельском уезде в провинции Северная Чолла с её богатой народной культурой и традициями, Леа продвигает туризм в качестве госслужащей уезда. Естественно, туристы удивляются тому, что иностранке поручили «восхвалять» местные достопримечательности. Произношение Леа ещё не идеально, но она умеет создавать приятную атмосферу, когда делится своими открытиями. Сунчхан известен своей острой перечной пастой «кочхучжан» и живописной природой, но лежит он в стороне от проторённых дорог. Чтобы привлечь больше туристов и облегчить им передвижение, в 2019 году власти организовали автобусный маршрут и искали гида для сопровождения. Друг Леа, владелец джаз-кафе, порекомендовал её. «Он подумал, что я смогу привлечь и корейцев, и иностранцев, потому что я говорю по-французски, по-английски и по-корейски», — говорит Леа. У неё уже был тогда канал на Ютьюбе о путешествиях и некоторый опыт работы в туриндустрии.Когда в уезде решили создать для неё должность специалиста по продвижению туризма, то, чтобы нанять на госслужбу иностранку, пришлось получать добро сверху. Через полгода Леа приняли на работу. Местные называют её «френч конмувон», т.е. «французская госслужащая». Леа — популярная личность в уезде. Она ездит по округе на своём скутере; в его бардачке — рабочие перчатки, пара мешковатых брюк, камера и ханбок. Ведь никогда не знаешь — вдруг во время поездки понадобиться помочь фермеру на поле или нахлынет вдохновение снять видео. Появление на ТВ в таких передачах, как «Мой сосед Чарльз» (KBS), Леа также считает частью своей работы. Леа хочет опровергнуть мнение, что в маленьких городах нечего смотреть, и показать, что Корея гораздо больше, чем Сеул, кей-поп и телесериалы. Тяга к странствиям Любовь к путешествиям привела Леа из Изрона в далёкий уезд Сунчхан. Она выросла в сельской части Франции, поэтому всегда интересовалась внешним миром. Искру разожгла семейная поездка на Бали. «Мы ездили на мопедах. Родители сажали меня и сестру между ног. Я думаю, та поездка реально изменила мою жизнь, — вспоминает Леа. — Она научила меня тому, что есть другие народы, другие культуры и другие языки. И я осознала, что изучение иностранных языков откроет гораздо больше возможностей». После окончания школы Леа провела 18 месяцев в Австралии, где работала, изучала английский и иногда ныряла у Большого Барьерного рифа. Потом она переехала в Таиланд и, живя там, объездила Юго-Восточную Азию. В итоге, решив посвятить себя индустрии путешествий, она отучилась на онлайн-курсах и получила степень бакалавра по туристическому менеджменту. Одним из требований курсов была полугодичная стажировка в любой стране. Корейский приятель порекомендовал ей «Pedro’s House» в Кванчжу. Леа приехала туда в 2016 году и проработала в этом гестхаусе почти два года. «Я люблю Кванчжу, — говорит она. — Когда я была ещё ребёнком, мой дедушка, который любил историю, много рассказывал мне о прошлом Кореи. Но я ничего не знала о Кванчжу и о демократическом восстании, которое поднялось здесь 18 мая 1980 года. Кванчжу был хорошим местом, чтобы узнать историю Кореи и корейское общество».Во время жизни в Кванчжу она много ездила по региону Чолла, уделяя особое внимание отдалённым местам, в том числе близлежащим островам, несмотря на то, что такие поездки были непростым делом из-за недостатка туристической информации для тех, кто не говорит по-корейски. Это побудило её вместе с Педро Кимом (Ким Хёнсок), владельцем «Pedro’s House», написать путеводитель. Книга, однако, не была опубликована, но они создали ютьюб-канал «Jeolla Go».Позже, движимая интересом к региону Кёнсан, Леа какое-то время работала в культурном центре на острове Кочже-до, где большая часть населения занята в судостроении. После возвращения в Кванчжу открывшаяся вакансия в Сунчхане стала шансом для девушки, искавшей что-нибудь постоянное. Из-за пандемии поток иностранных туристов практически иссяк, поэтому в последнее время Леа, которая владеет также английским и корейским, проводит туры в основном для местных туристов. Слушая объяснения гида-иностранки, они с интересом осматривают достопримечательности уезда. ⓒ Lea Moreau Очень занятой гид Как специалист по продвижению туризма и опытный путешественник с рюкзаком, Леа с удовольствием помогает людям открывать места, незаслуженно обойдённые вниманием. Она хочет опровергнуть мнение, что в маленьких городах нечего смотреть, и показать, что Корея гораздо больше, чем Сеул, кей-поп и телесериалы.Леа рассказывает, что в Сунчхане находится один из самых длинных в Корее «чхуллон тари», т.е. «качающихся мостов». Это также одно из лучших мест в стране, чтобы любоваться цветением вишен — здесь меньше народа, чем в Чинхэ или Хадоне. А осенью в Национальном парке горы Канчхон-сан заманчиво выглядит разноцветная листва.Но вскоре после того как Леа приступила к новой работе, разразилась пандемия COVID-19, приведшая к фактической стагнации туризма. Туристический автобус Сунчхана с его улыбающимся «лицом» и открывающейся крышей, специально сделанный из двух автобусов, теперь перевозит около 10 человек в день три раза в неделю. В соответствии с правилами в автобус пускают только после измерения температуры. Если среди туристов нет иностранцев, сопровождение идёт на корейском.Во времена, когда большинство путешествует виртуально, работа Леа по продвижению туризма продолжается благодаря соцсетям. Примерно раз в неделю она загружает что-нибудь новое на свой ютьюб-канал, а также сотрудничает с Sunchang Tube, официальным ютьюб-каналом уезда Сунчхан. Эту часть работы она любит больше всего: «Я люблю снимать. Когда я была старшеклассницей, мы с классом ездили на Мадагаскар и мне поручили снимать наше путешествие. Хотя я не думаю, что качество моей съёмки тогда было хорошим».Очевидно, что со временем её навыки улучшились: в прошлом году Леа выиграла приз на конкурсе туристического видео. На призовые 1,5 млн. вон она купила дрон для панорамных съёмок. Леа, которую местные называют «французская госслужащая», сейчас является сотрудником Микробиологического института бродильной промышленности уезда Сунчхан. В её обязанности входит рекламирование знаменитой перечной пасты «кочхучжан» и не менее знаменитой пасты из перебродившей сои «твенчжан».ⓒ Lea Moreau «Живи в мечте» Леа недавно продлила свой контракт с уездом Сунчхан ещё на три года. «Для меня самое важное — это встречаться с людьми и знакомиться с их повседневной жизнью, чтобы лучше понять Корею, — рассказывает Леа. — Главная причина того, что я остаюсь на одном месте, — это люди, с которыми я встречаюсь, и друзья, которых я завожу. Корейцы и вправду очень гостеприимны. Когда они видят иностранца, особенно не в городе, всегда стараются помочь. Для меня такие встречи — это само по себе приключение». Леа высоко ценит усилия своих коллег в администрации уезда, которые объясняют ей государственную систему и учат работать при том, что её корейский отнюдь не совершенен. «Я знаю, что они реально инвестируют в меня много времени и доверяют мне», — говорит Леа. Словно в благодарность за это, она проводит по 10 часов в неделю за изучением корейского онлайн. Девиз Леа: «Не живи мечтами — живи в мечте». У неё большие планы на будущее: написать книгу о жизни и путешествиях по Корее, сделать телепрограмму о путешествиях, внести вклад в местную общину, помогая местным предпринимателям, чтобы их услышали и заметили. Более того, по словам Леа, она надеется, что сможет продолжать вдохновлять людей на поездки по миру и делиться с ними своим глобальным путешествием. Чо Юнчжон, писатель-фрилансер, переводчик Хэ Донук, фотограф

Review

«Турист-катастрофа» (The Disaster Tourist)

Books & more 2021 WINTER 119

«Турист-катастрофа» (The Disaster Tourist) «Турист-катастрофа» (The Disaster Tourist) Юн Гоын.Перевод: Lizzie Buehler.186 с. London: Serpent’s Tail, 2020. £8.99 Эко-триллер ставит неудобные вопросы Многие из нас, уже полтора года привязанные к одному месту пандемией, мечтают о путешествиях, куда отправятся, когда мы наконец окажемся в новой нормальности.Но что, если вашим следующим местом назначения вместо тропического пляжа или старого города станет зона, разрушенная недавним землетрясением, город, смытый цунами, или поселение, провалившееся в дыру в земле? Такова предпосылка романа Юн Гоын «Турист-катастрофа», главная героиня которого, Ёна, работает в компании «Джунгли», предлагающей подобные туры.Кому вообще захочется посетить зону бедствия? Клиенты «Джунглей» не обязательно любители пощекотать себе нервы или те, кому доставляет удовольствие смотреть на чужое несчастье. Кто-то, как студент вуза, видит в этом шанс заняться «этическим туризмом», чтобы помочь опу- стошённому бедствием региону. Кто-то, как учительница начальных классов, которая берёт с собой пятилетнюю дочь, надеется, что это будет поучительный опыт. А иногда за этим стоит просто желание вырваться из опостылевшей повседневности. Однако, как знает Ёна, здесь воздействует более скрытая, глубинная сила: когда находишься в таком месте, где не осталось и камня на камне, осознаёшь, что угроза катастрофы всегда ходит рядом, и осознаёшь, что ты ещё жив. Это эйфория от того, что не тебя выбрали в лотерее природных бедствий. Её особенно остро ощущает группа, чья поездка происходит вскоре после того, как на прибрежный корейский городок Чинхэ обрушилось цунами.Повернувшись спиной к беде, случившейся дома, группа отправляется на остров Муи, лежащий у берегов Вьетнама. Ёна отличается от других тем, что оказалась в поездке не по своей воле. Став жертвой харассмента и осознав своё положение «неприкасаемой», девушка подаёт заявление об уходе. Но, к её удивлению, вместо увольнения ей дают месяц отпуска и отправляют в один из туров компании, но не как клиента, а чтобы выяснить, стоит ли продолжать предлагать данный тур. Так Ёна оказывается вместе с другими на Муи, где им доводится увидеть старую дыру в земле, потухший вулкан и реконструкцию межплеменной резни. Девушка даже останавливается в доме одного из членов пострадавшего племени.История Ёна была бы банальной, если бы она, согласно плану, вернулась в Корею и сделала доклад о поездке. Но из-за минутной беспечности девушка отстаёт от группы по дороге в аэропорт и оказывается одна в сельской местности.Ещё один подобный момент стоит Ёна кошелька и паспорта, украденных карманником. Ругая себя за то, что сама оказалась беспомощным туристом, которых всегда презирала, она возвращается на Муи, где обнаруживает леденящую реальность под внешним лоском курортного острова.Роман, сочетая обескураживающую закрученную историю с острым социальным комментарием, погружает читателей в состояние беспокойства и раздумий, особенно тех, кому доводилось ездить в отпуск за границу. Чего точно мы хотим, когда ищем «аутентичности», и что кроется за фасадом, скрупулёзно выстроенным, чтобы удовлетворить наши желания? Что происходит, когда община обнаруживает, что полностью зависит от индустрии, которая угрожает проглотить её целиком, подобно зияющей в земле дыре?Пока история мчится к концу, увлекаемая собственной гравитацией, читатель только и успевает, что следить за разворачивающимся повествованием. И даже после того, как последняя страница перевёрнута, сам роман и поднятые им вопросы остаются с нами. «Homo Maskus» Ким Суёль.Перевод: брат Энтони (Brother Anthony of Taizé).73 с. Seoul: Asia Publishers, 2020. $10.00. Чечжу-до и не только сквозь призму человека Это небольшой сборник новых стихов Ким Суёля, поэта родом с острова Чечжу-до. Поначалу это может показаться неважным, но Чечжу-до всегда был особым местом в Корее: часть страны, но на периферии и зачастую вытесненная на обочину. Чечжу-до проходит красной нитью через всю поэзию Кима, в частности в стихотворениях «Подношения мёртвым», «Декалькомания» и «Дальше, чем луна», дающих представление о жизни и смерти на острове и его истории.И всё же поэзия Кима выходит за пределы Истории с заглавной буквы.Такие трагические события, как инцидент на Чечжу-до 3 апреля 1948 года и Демократическое восстание в Кванчжу 1980 года, наведя на них тщательно сфокусированную линзу истории, автор освещает на гораздо более частном, более индивидуальном и более человеческом уровне. Ким также выходит за пределы Чечж у-до в стиха х «Берлинское утро», «День в Копенгагене» и «В деревне Гаоань» (Китай) о жизни одного старика.Стихи Ким Суёля очень корейские, и более того — очень чечжуские, но они способны тронуть людей в любом уголке планеты: помимо прочего поэт обращается к таким универсальным темам, как старость и смерть. Два последних стихотворения, в том числе да вшее на зва ние сборник у «Homo Maskus», без сомнения вызовут отклик у читателей, вынужденных выживать в условиях пандемии. The Halfie Project Беки Уайт и её команда www.thehalfieproject.com Разделяя и изучая гибридную культурную идентичность Этот проект, по словам его создательницы Беки Уайт, — искусство и в то же время наука. С одной стороны, авторы практикуются в рассказывании историй других людей, а с другой — изучают проблемы идентичности, в частности — что значит быть наполовину корейцем. Такие люди часто оказываются в непростом положении, ибо, как говорит Беки, «принадлежат к обоим мирам, не принадлежа ни к одному из них». В культуре их некорейской половины они считаются корейцами, но в Корее их воспринимают как иностранцев.Проект фокусируется на опыте и проблемах людей со смешанным культурным бэкграундом, создавая пространство, куда они могут прийти, чтобы поделиться своими историями и поговорить о своей идентичности. У команды есть веб-сайт, где выходит The Halfie Project Podcast, канал на Ютьюбе и аккаунт в Инстаграме. Основа контента — интервью с «полукровками», но авторы также затрагивают вопросы корейской идентичности, пытаясь дать определения таким непростым концептам, как «нунчхи» или «хан», и предлагая содержательные комментарии на важные темы, включая психическое здоровье. Если в вас есть корейская или любая другая кровь, либо вы просто интересуетесь вопросами смешанной культурной идентичности, то этот проект для вас.

«Охапка» понимания для связей

Books & more 2021 AUTUMN 379

«Охапка» понимания для связей «Охапка» понимания для связей “My Brilliant Life” «Моя блестящая жизнь», Ким Эран. Перевод: Ким Чхиён.203 с. New York: Forge Books, 2020 г. $14.00 Роман Ким Эран повествует о короткой, но яркой жизни юноши по имени Арым. Арым страдает от преждевременного старения: в шестнадцать у него тело 80-летнего. Но на самом деле то, о чём хочет поведать автор, гораздо глубже.Арым одержим желанием успеть до своего 17-летия написать историю своей семьи. Юноша начинает её с того, как встретились его родители, собрав историю по крупицам из того, что они ему рассказали. Арым достаточно наблюдателен, чтобы заметить, что рассказы родителей совпадают не во всех деталях, но в то же время достаточно зрел, чтобы не испытывать соблазна встать на одну из сторон. Он скорее «на стороне истории», как будто она существует отдельно от людей, которые её рассказывают. Всякая история рассказывается по какой-либо причине, даже если эта причина просто в том, чтобы развлечь.Для Арыма история — подарок, который он намерен вручить своим родителям, поскольку не проживёт достаточно долго, чтобы порадовать их наградами или дипломом об окончании колледжа. Как любой ребёнок, он хочет произвести впечатление на своих родителей и представляет себе, как они будут восхищаться его богатым словарным запасом и остроумными фразами. Но это только поверхностный слой его мотивации. Когда Арым появляется на ТВ в передаче о людях в сложной ситуации, он чувствует себя обманутым, поскольку на экране выглядит гораздо лучше, чем ощущает себя. Так он узнает, каково это, когда кто-нибудь другой рассказывает твою историю. После передачи он получает и-мейл от тяжело больной девочки по имени Соха. Когда в переписке она признаётся ему, что её тайная мечта стать писателем, Арым с новой силой ощущает мотивацию рассказать историю своей семьи. Это другой уровень желания написать свою историю — желание сформировать связи с другими. Мы можем пытаться произвести впечатление на других, когда пишем, но на самом деле мы хотим, чтобы нас поняли. Понимание — это соединительная ткань, которая превращает мир в одно живое существо. Без него мы все — дискретные единицы, острова в холодном море. Но стоит нам это понять, как мы начинаем видеть, что мы все связаны друг с другом так, как мы, возможно, до этого даже не представляли себе. История Арыма — безусловно печальна, но она не трагична; по крайней мере, связь, которую мы в итоге начинаем ощущать с Арымом и его семьёй, поднимает её над трагедией. Нет лёгких ответов на вопросы, с которыми сталкивается Арым, но путешествовать с ним, пока он ищет на них ответы, — дело стоящее. Мы ощущаем полноту его яркой жизни, ибо он живёт на максимуме своих возможностей. Его имя по-корейски означает «охапка», и это кажется подходящим; прочесть этот роман — всё равно, что крепко схватить в охапку Арыма и его семью и не отпускать. Горькая любовная ода надежде “Hope is Lonely” «Надежда одинока» Ким Сынхи. Перевод: брат Энтони (Brother Anthony of Taizé).129 с. Lancashire: Arc Publications, 2021 г. £10.79 Поэзия Ким Сынхи в переводе брата Энтони может быть неудобным и даже обескураживающим чтением, но, как всякая хорошая поэзия, вызывает сильный эмоциональный отклик. Этот сборник, в который включены избранные стихи из двух последних сборников Ким на корейском — «Надежда одинока» и «Морской карась на разделочной доске», отличает нестандартный подход к переводу поэзии: рядом представлены корейский оригинал и перевод на английский. Это сделано в знак признания того, что, как замечает редактор, переводная поэзия — это и не английская поэзия и не иностранная поэзия, а нечто совершенно другое – нечто, что не заменяет оригинал, но существует почти в симбиотической связи с ним. Этот сборник может многое предложить тем, кому недоступен оригинал. На первый взгляд стихи могут показаться мрачными, печальными и даже леденящими душу, но на их оборотной стороне — надежда и исцеление. Стихотворение «Надежда одинока», давшее заглавие сборнику, кажется одой отчаянию, но, вчитавшись, обнаруживаешь, что это горькая любовная ода надежде. Отчаяться легко, а надеяться трудно, но поэт всё-таки отказывается отбросить надежду, называя её «пожизненным заключением». Пусть мы читаем стихи Ким Сынхи в переводе, но её голос звучит, встряхивает нас, чтобы мы пришли в себя, и направляет в сторону света. Примечательный ютьюб-канал: кей-поп и не только “DKDKTV” Создатели: David Kim and Danny Kim, YouTube DKDKTV стартовал в 2016 году, когда Дэйвид Ким и Дэнни Ким решили соединить два таких тренда, как кей-поп и видео с реакцией. Весьма иронично, что они не были фанатами кей-попа, но, заинтересовавшись BTS, Big Bang и EXO, начали записывать видео со своей реакцией на популярные кей-поп-клипы, предлагая корейский взгляд англоязычной аудитории. Когда ролики набрали популярность, на канале стали появляться видео и другой тематики. Сейчас у DKDKTV более 700 тысяч подписчиков и есть преданные фанаты, которые называют себя the Ducks. Разговор о них лучше начать с еженедельной программы новостей DK News. А. для более глубокого обсуждения есть KSTea — часовой стрим, во время которого создатели канала «сплетничают» про мир кей-попа вместе с соведущей и экс-звездой кей-попа Кристиной Пак (Soobeanie). Дэйвид и Дэнни также создают объясняющие видео для иностранных фанатов, таковы две серии «KPOP Explained by a Korean» и «KPOP History Explained».Канал сфокусирован главным образом на кей-попе, но молодые люди им не ограничиваются и часто экспериментируют с видео. Особенно интересна серия «DK Asks»: репортёр берёт интервью у прохожих, чтобы получить представление о том, что интересует молодых корейцев. Вопросы вращаются вокруг кей-попа, но также затрагивают важные социальные проблемы, в частности буллинг в школе или движение BLM. Чарльз Ла Шуэ, профессор отделения корейского языка и литературы Сеульского университета

КНИГИ И ДРУГОЕ

Books & more 2021 SUMMER 311

КНИГИ И ДРУГОЕ Тёмная бездна человеческих взаимоотношений «Первая жена Синей Бороды» (Bluebeard’s First Wife) Ха Соннан (Сонран). Перевод: Дженет Хонг. 229 с. New York: Open Letter, 2020 г. $15,95. Сборник рассказов Ха Соннан — это путешествие в самые тёмные глу¬бины человеческих взаимоотношений. Её проза с многочисленными лири¬ческими описаниями потерь, изоляции и отчаяния, с отказом от застывшей нарративности в пользу паутины зарисовок, призванных скорее пробудить ассоциации, чем провозглашать, — похожа на сон. Поэтому мы ощущаем её влияние на глубоко эмоциональном уровне, разделяя боль и отчаяние персо¬нажей.У героев Ха Соннан сложные отношения с окружающим миром. Этот мир не просто безликая сила, способная раздавить человека. Он совершен¬но определённо состоит из других людей, и в этом величайший ужас бытия. Иногда эти люди — далёкие «другие», например дети, бегающие по лест¬ницам многоэтажки. А иногда это наши мужья, жёны, дочери, сыновья. Вне зависимости от того, далеко ли, близко ли эти «другие», главная тема, про¬ходящая красной нитью через весь сборник, — это наша извечная неспособ¬ность знать кого бы то ни было по-настоящему. Даже те, кого мы, как нам кажется, знаем лучше всего, могут хранить тёмные секреты. Полицейский, отправленный из Сеула в уединённую горную деревню, считает местных жителей странными и непонятными и не делает никаких попыток сближения с ними. Супруги, переехавшие в предместье Сеула в поисках идиллической жизни, больше заботятся о своей собаке, нежели об увечном сыне. В этих персонажах мы видим отражение нашей общечелове¬ческой тенденции закрываться от того, что не соответствует нашим мечтам или ожиданиям.Ещё одна тема, пронизывающая все рассказы, — это окраины. Большин¬ство историй происходит на окраинах Сеула или ещё дальше, за городом. Даже если действие начинается в городе, оно часто перемещается за его пре¬делы. Это движение к краям может происходить по целому ряду причин, таких как желание сбежать от городского шума и суеты или необходимость выполнить свой долг. Но в любом случае, покинув город, мы сразу оказы-ваемся в неизвестном пограничном пространстве, где не применимы обыч¬ные правила общества. Городские жители, которые, оказавшись за городом, стали браконьерами, возможно, самый очевидный пример данного явления, но мы видим, что это происходит на разных уровнях во многих рассказах.Рассказы Ха Соннан оставят после себя смятение, но и дадут богатую пищу для размышлений. Поскольку они не ведут прямо к смыслу и даже не притворяются, что есть какой-то один смысл; её истории будут раскрываться постепенно, в результате многократного возвращения к ним. Исследование значимого периода в корейском искусстве «Корейское искусство с XIX века до наших дней» (Korean Art — From the 19th Century to the Present) Шарлотта Хорлик (Charlotte Horlyck). 264 с. London: Reaktion Books, 2017 г. $60,00. Эта книга, по словам автора, не является попыткой «окончательного энциклопедического описания» корейского искусства за сто лет — с конца XIX и до начала XXI века. Зато она сфокусирована на важных вехах этого турбулентного периода корейской истории. На протяжении всего повество¬вания автор исследует связь искусства с поиском корейской идентичности.Первая глава посвящена последним годам эпохи Чосон, когда Корея превратилась в государство нового типа, а искусство стало политизирован¬ным. Во второй главе обсуждается колониальный период, когда искусство перестали воспринимать как прерогативу элиты и стали считать достояни¬ем каждого. Третья глава обращается к развитию социалистического реа¬лизма на основе идеологии Ким Ильсона в Северной Корее после Второй мировой войны. Четвёртая глава, выступая параллелью третьей, описывает тот же период на Юге, где на первый план вышел абстракционизм. В пятой главе рассказывается об искусстве «минчжун», т.е. «народном искусстве», в 1970-е годы. Шестая, последняя, глава посвящена произошедшим в послед¬ние десятилетия изменениям в подходе художников к своим задачам.Книга представляет собой симпатичное введение в тот период в исто¬рии корейского искусства, который, возможно, не пользуется должным вниманием. Она также ценна как редкий труд, написанный на английском языке. Хорошо знакомые звуки умиротворения и свежести «ФЕСТИВАЛЬ JAZZ KOREA 2020: концерт в Бумизе» «Квартет Сон Хачхоля» (Song Ha Chul Quartet). CD (27 минут). Бесплатный стриминг на YouTube и iTunes. Сеул: Gatefor Music & Art. 2021 г. Этот февральский релиз «Квартета Сон Хачхоля» — запись концерта на фестивале Jazz Korea, организованного Корейским культурным центром Кореи в Анкаре (Турция). Из-за пандемии фестиваль прошёл в ноябре 2020 года онлайн.Альбом с его ясными, пастельными тонами понравится не только фанатам корейского джаза, но и всем, кто знаком с жанром, и даже неофитам.Первая композиция, «Straight Life», — это также заглавный трек дебют¬ного альбома квартета 2017 года. За зафанкованными барабанами Со Сучжин смелым, отчётливым звучанием, напоминающим Хэнка Мобли, заявляет о себе саксофон Сон Хачхоля.Трек «Marionette» с саксофоном на фоне мечтательного пианино Им Чхэсо¬на исключительно прекрасен и напоминает атмосферой «Manha De Carnaval» Стена Гетца. Словно износившись в вечном течении времени, композиция сиротливо угасает.Трек «Going Up» открывает контрабас И Донмина, а потом в его безмятеж¬ность врывается Сон Хачхоль, извлекая из саксофона звуки, похожие на хлопья сахарной ваты. А в треке «Somebody’s Gold Fishery» искусность и тепло саксо¬фона уверенно объединяются, чтобы довести настроение до кульминации. Charles La Shure Professor, Department of Korean Language and Literature, Seoul National University Чарльз Ла Шуэ профессор отделения корейского языка и литературы Сеульского университетаРе Тхэхён музыкальный колумнист

SUBSCRIPTION

You can check the amount by country and apply for a subscription.

Subscription Request

전체메뉴

전체메뉴 닫기