메인메뉴 바로가기본문으로 바로가기

Features

Culture

Полустанок, который светится в воспоминаниях

Image of Korea 2021 SPRING 44

Полустанок, который светится в воспоминаниях

Недавно услышал, что от Сеула до Андона открылось движение скоростных поездов. Теперь до моего родного Ёнчжу, граничащего с северной окраиной Андона, можно добраться всего за час сорок. В 1955 году, т.е. более 60 лет назад, в один холодный зимний день я, бедный тринадцатилетний подросток из горной глубинки, сам, впервые в жизни, сел на поезд на станции Ёнчжу. Поезд, отправлявшийся утром, шёл со всеми остановками. Он миновал множество станций с незнакомыми названиями, и только когда уже стемнело, прибыл на конечную — Сеул.

А теперь этот длинный путь можно преодолеть всего за каких-то полтора часа с небольшим. Вот это перемены, вот это прогресс! Но по другую сторону восторга и благодарности по поводу удобства и скорости нового средства передвижения лежит тоска по медленным душевным пейзажам той жизни, что выпала в осадок на дно колодца прошедшего времени.

© Ahn Hong-beom

Для мальчика первая поездка на поезде была исполнена страха, восторга и внутреннего трепета. Сидевший рядом взрослый спросил, куда и зачем я еду. Я с гордостью ответил, что еду в Сеул сдавать экзамены в школу 2-й ступени. В вагоне не было свободных мест, даже в проходе стояли люди. Когда поезд въезжал в туннель, на мгновение становилось темно, а потом снова светлело. Через открытое окно в вагон залетал чёрный дым и сажа, которые извергал паровоз.

Поезд останавливается на маленькой сельской станции. Угостившая меня варёными яйцами тётенька на сиденье напротив, которая спала, пуская слюну, вдруг резко подскакивает и начинает собирать свою поклажу. Она выходит на полустанке вместе с юношей в школьной форме, и я смотрю им вслед, пока они не исчезают медленно вдали… На клумбе пышно цветут какие-то похожие на космеи однолетники; они колышутся на ветру… Такие пейзажи сельских станций стали неотъемлемой частью моих путешествий на поезде.

Теперь скоростные поезда КТХ равнодушно проносятся мимо этих маленьких станций. Да что там — многие из них давно закрыты за ненадобностью или даже снесены. Но те, что остались, иногда переделывают в кафе, рестораны или маленькие музеи, предлагая людям отправиться в путешествие по волнам памяти и возрождая эти станции к жизни как туристические достопримечательности.

Иногда, очнувшись среди ночи от неглубокого сна, я усаживаю того мальчика, которым я когда-то был, в темноту на том уединённом полустанке. Потом включаю мутный свет в залах ожидания всех полустанков, которые я проехал в своей жизни, и рисую перед глазами образы из стихотворения Квак Чэгу «На станции Сапхён».

«С окнами, что похожи на осенние листья, / кто знает, куда снова мчится ночной поезд, / вспоминая все те мгновения, по которым тоскую, я / швырнул горсть слёз в сноп света»

«Турып»: жемчужина весеннего стола

Essential Ingredients 2021 SPRING 42

«Турып»: жемчужина весеннего стола

Упругие побеги «турыпа» с их горьковатым привкусом и хрустящей консистенцией гостят на нашем столе недолго — пока длится короткая весна. Эти пахнущие весной побеги последнее время готовят как по традиционным корейским рецептам, так и по западным.

Для корейцев как любителей зелени весна — особое время года. Корея занимает первые позиции среди стран ОЭСР по объёму потребления овощей в день на человека, и причин тому две: кимчхи и «намуль», т.е. свежая зелень. Значительную часть такой зелени можно есть только весной — многие растения по мере роста становятся слишком твёрдыми, а в некоторых даже образуются токсины.

«Турып», т.е. побеги аралии высокой, собирают примерно в период цветения вишни. На юге сбор аралии приходится на первую декаду апреля, а в центре страны и на севере — на вторую. Поскольку побеги появляются не одновременно, их приходится собирать в 3-4 этапа. В наши дни «турып» выращивают в теплицах, поэтому теперь он доступен круглый год.

Упругие побеги «турып», которые собирают раз в год в апреле, с их горьковатым привкусом и хрустящей консистенцией гостят на нашем столе недолго — пока длится короткая весна. Эти побеги аралии высокой приносят на наш стол саму весну.

Приятная консистенция
В этих побегах нет жёсткости, присущей зачастую другой весенней зелени. Поверхность побегов покрыта мелкими колючками, которые сначала кажутся немного грубыми, но во рту они приятно упружат и легко перекусываются. Из-за необычной консистенции тот, кто впервые пробует «турып», вдумчиво жуёт побеги, прислушиваясь к ощущениям. Обычно «турып» едят как сырую рыбу: ошпаренные побеги макают в «чхо-кочхучжан» (острую перечную пасту с уксусом) и часто дополняют бланшированным кальмаром. Совсем разные по консистенции кальмар и «турып» создают на удивление гармоничную пару. Побеги аралии также едят с «пхён-юк» (варёной свининой, выдержанной под прессом).

В «Чосон муссан синсик ёри чебоп» («Несравненные рецепты новой корейской кулинарии»), первой корейской кулинарной книге с цветными иллюстрациями, изданной в 1924 году, представлен простой рецепт приготовления «турыпа»: «Свежие побеги, слегка отварив, нарезают наискосок, подобно тому как режут корень солодки для медицинских целей, потом солят, добавляют толчёный кунжут, обильно приправляют кунжутным маслом и перемеши-вают — получается одно из лучших сезонных овощных блюд, и нет никого, кто бы его не любил».

Долгая варка делает побеги мягким, поэтому они становятся заурядной едой. Только быстрое бланширование позволяет сохранить их аромат и консистенцию. Побеги других видов аралии, в частности «токхваль» (аралия сердцевидная), которые называют «ттан-турып» («земляной турып»), а также «ым-наму» (калопанакс семилопастный), известные как «кэ-турып» («собачий турып»), тоже едят после бланшировки. В номере «Тона ильбо» от 30 апреля 1959 года, помимо употребления как в упомянутом выше рецепте, рассказывается, что побеги можно очистить от кожуры и есть, макая в «чхо-кочжучжан», а также обжарить вместе с мелко порезанной говядиной и специями.

Чаще всего «турып» едят с «чхо-кочхучжаном», но в этом случае насыщенный вкус перечной пасты перебивает аромат побегов. В то время как засол «чаначчи» позволяет насладиться ими в полной мере. Для этого побеги промывают, отжимают, кладут слоями в контейнер и заливают горячим рассолом из соевого соуса, уксуса, сахара и воды в пропорции 1:1:1:1,5. Соленье оставляют на 2-3 дня при комнатной температуре, а потом хранят в холодильнике. Тогда горечь уменьшается, а аромат, в котором смешались дерево и лекарственные травы, становится насыщенней. Когда ешь такой «турып», кажется, что наполняешься здоровьем.

«Турып» в основном едят слегка отваренными. Перед бланшированием толстые побеги разрезают вдоль или делают на их основаниях крестообразные надрезы.

Чтобы сделать суси с «турыпом», на комочки риса, приправленного уксусом, кунжутом, сахаром и солью, кладут бланшированные побеги и перехватывают полоской «кима».

Вкус «пибимпапа» — риса, смешанного с разными овощами и зеленью, — становится глубже и интереснее, если он дополняется своеобразным вкусом и ароматом «турыпа».

Разнообразное использование
Г-н Чхон Ёнхо, который выращивает «турып» в Чеч хоне (провинция Северная Чхунчхон), имеет патенты на «чаначчи» и кимчхи из «турыпа». Его рассол для «чанначи» отличается от обычного пропорциями ингредиентов, а ферментацию он проводит в три этапа. После этого упакованное в вакууме соленье может храниться в холодильнике более трёх лет. Кимчхи из побегов заквашивают как обычно, но сначала обдают их кипятком. «Турып» также хранят пересыпав солью, а перед употреблением просто достают и промывают.

Побеги «турыпа» напоминают ростки спаржи. И те и другие появляются весной. По консистенции бланшированные побеги аралии хоть и не идентичны спарже, но похожи. А если их отварить в воде из-под спагетти, а потом добавить к спагетти с анчоусным маслом, то получится блюдо, в котором вкус Востока соединяется со вкусом Запада.

Шашлычки из нанизанных поочерёдно кусков говядины и «турыпа», которые делали в 1970-х годах, в наши дни сменились шашлычками из ветчины или моллюсков и спаржи, вероятно, по причине сходства двух видов зелени. А в Японии «турып» и спаржу едят в виде темпуры. В номере «Чунан ильбо» от 17 марта 2018 года можно прочесть рецепт гратена с «турыпом». Бланшированные побеги смешивают с рублеными варёными яйцами, заливают соусом бешамель и запекают в духовке. Весной «турып» часто появляется в меню элитных ресто-ранов Сеула. Благодаря креативным рецептам корейской кухни и кухни других стран региональный продукт радует гурманов, жаждущих насладиться ароматом весны.

«Турып» отличает лёгкая горчинка и своеобразный аромат — одновременно древесный и травяной. Но главное очарование этих побегов — в консистенции. Бланшированный «турып» — мягкий, но в то же время хрустящий.

Идентичность пищи
Если бы эти побеги могли говорить, чтобы они сказали? Наверное, они не стали бы выяснять, почему их приготовили не по-корейски, а на итальянский или французский манер. Скорее всего, они спросили бы: «А знаете ли вы, какими мы бы выросли, если бы нас не срезали и не подали к вашему столу?»

Мы склонны забывать, что то, что мы едим, изначально было живым. Мы знаем, как выглядят побеги аралии высокой в виде пищи, но мало кто видел, какое дерево вырастает из этого побега. Точно так же мы столько раз ели ростки спаржи как гарнир к стейку, но многие ли знают, как выглядит взрослая спаржа?

По счастью, ни аралия, ни спаржа не погибают от того, что у них срезали побеги. Если на аралии после сбора урожая сделать обрезку, оставив нужное количество веток, то летом дерево быстро достигнет больших размеров. Оставленная сама по себе аралия вырастает до 3-4 метров. Но за таким высоким деревом трудно ухаживать, с него трудно собирать побеги. В то же время если его вовремя подстригать, прореживать почки и оптимизировать число веток, то, держа под контролем высоту дерева, можно увеличить урожай «турыпа». Что касается деревьев в теплицах, то побеги на них при высокой температуре растут слишком быстро, теряют свой вкус и аромат, и фермерам приходится постоянно следить за температурой и влажностью.

В супермаркете потребители видят не саму аралию, а её побеги, поэтому они ничего не знают об этом дереве. А как насчёт того, чтобы в следующий раз, глядя на эти побеги у себя на столе, задаться вопросом: а что я знаю о «турыпе»?

Кочхан: там, где взошли семена революции

On the Road 2021 SPRING 45

Кочхан: там, где взошли семена революции

Кочхан, расположенный в провинции Северная Чолла, радует посетителей прекрасными пейзажами, но эти залитые солнцем холмы и долины хранят также печальные воспоминания о неудавшемся крестьянском восстании, вызывая грусть в сердце. Особенно ранней весной, когда зацветает красным камелия.

Скоростной поезд KTX, отправившийся со станции Ёнсан в Сеуле, всего через час сорок доставил меня на станцию Сончжон в Кванчжу. Там меня поджидал друг, и мы поехали дальше на машине. У въезда в Кочхан нас встречало электронное табло: «Добро пожаловать в Кочхан, первую столицу Корейского полуострова. Здесь находится гора Сонун-сан, прекрасная во все времена года, и священное место Крестьянской революции Тонхак». И действительно.

Именно здесь в 1894 году, когда династия Чосон уже клонилась к закату, впервые был поднят флаг Крестьянской революции Тонхак. Здесь же покоятся погибшие в боях крестьяне. Рядом с табло висит баннер, призывающий делать пожертвования: «Просим принять участие в сборе средств на установку памятника полководцу Чон Бончжуну (1855—1895)». На самом деле уже есть несколько памятников движению Тонхак и его лидерам, установленных на средства государства. Но в этот раз, видимо, речь идёт об инициативе местных жителей, желающих поставить памятник за свой счёт.

Будда, высеченный на скале, стоящей на пути к скиту Тосор-ам при храме Сонун-са в Кочхане, относится к эпохе Корё (918—1392 гг.). Высота барельефа 15,7 м, а ширина на уровне коленей 8,5 м. Это одно из крупнейших наскальных изображений Будды в Корее. В 1890-х годах, во времена Крестьянской революции Тонхак, воины из числа крестьян молились перед этим изваянием о победе.

Семена революции
Мы проезжаем мимо широких полей и останавливаемся перед маленьким домом под черепичной крышей. Это дом Сон Духо (1829—1895) в деревне Чуксан (Чонып; провинция Северная Чолла). Я хотел первым делом приехать сюда, чтобы молча отдать дань памяти революционера, казнённого 126 лет назад. Здесь нет передних ворот. А на бетонном столбе справа есть огромная надпись: «Место зарождения Крестьянской революции Тонхак». Именно в этом доме впервые были посеяны семена революции, которая потрясла Чосон. Сея эти семена, люди мечтали о новом мире. И глядя друг другу в глаза клялись биться не на жизнь, а на смерть.

Результатом этой решимости стал документ, известный как «Сабаль тхонмун», на котором по периметру круга от обведённой миски для риса «сабаль» 22 человека поставили свои подписи. В результате нельзя было понять, кто первым поставил свою подпись в круге из имён. Такой формат походил на собраний за круглым столом в средневековой Европе и давал возможность скрыть лидера, а также то, кто из организаторов был рангом выше, а кто ниже.

Этот документ доказывает, что восстание Тонхак не было случайным: революция была спланирована «снизу», чтобы положить конец многолетней тирании и коррупции. Четыре пункта руководства к действию, записанные в этом документе, также были своего рода объявлением войны, призывающим захватить резиденцию губернатора, а потом двинуться прямо на Сеул.

То, что этот секретный документ существует, можно считать чудом. 53 года назад его случай-но обнаружили под деревянным полом в доме Сон Чжунсопа, потомка Сон Духо. Когда революция потерпела поражение, правительственные войска, присланные для подавления восстания, объявили это место «деревней изменников» и под этим предлогом уничтожили всех жителей поголовно, а дома сожгли. Видимо, тогда кто-то спрятал документ, что позволи-ло ему сохраниться до наших дней.

В доме, прямо перед началом революции, жил дедушка моего друга. Мой друг переводит глаза с одного дома на другой, и они наполняются слезами. Недалеко от того места находится Монумент революции Тонхак. Он установлен потомками тех, кто под писал «Сабаль тхонмун». Также неподалёку высится Монумент крестьянской армии Тонхак, поставленный в честь сотен тысяч безымянных героев, боровшихся за перемены.

Первым этапом восстания было антиправительственное восстание в Кобу. Поначалу оно было успешным, но в итоге потерпело сокрушительное поражение в битве у перевала Угымчхи в Кончжу. Бамбуковые копья крестьян не могли противостоять ружьям правительственных войск и японских солдат, присланных на подавление бунта.

Перед Монументом крестьянской армии Тонхак стоит миска с белым рисом — как напомина-ние о том, ради чего крестьяне взялись за кирки и серпы. В те дни людям, чтобы выжить, приходилось делиться рисом. Когда я смотрел на просторные поля, перед моими глазами возникли, наложившись друг на друга, образы голодных крестьян, движущихся на Сеул, и гладиаторов под предводительством Спартака, идущих на Рим. Обе революции были жестоко подавлены.

Храм Сонун-са расположен в самой большой в Корее зоне естественного произрастания камелии. Во время цветения камелии, с позднего марта до середины апреля, строения храма на фоне прекрасных красных цветов и блестящих тёмно-зелёных листьев выглядят как прекрасная картина.

Павильон Мансе-ру в храме Сонун-са был построен в 1620 г. как место для проповедования учения Будды. После пожара он был заново отстроен в 1752 г., и тогда его первое название Тэян-ну (Тэян-ру) сменило новое — Мансе-ру. Балки, стропила и столбы павильона сделаны из необтёсанных стволов деревьев.

Храм и море
Потом я направился в храм Сонун-са. Там я надеялся проникнуться покоем и стряхнуть с души пыль. Но по прибытии в храм обнаружил его заполненным людьми, пришедшими полюбоваться камелиями, что расцвели красными цветами позади главного храмового здания.

Храм Сонун-са основали в 577 году два монаха: Комдан из Пэкче и Ыйун из Силла. В то время два государства находились в состоянии войны, поэтому было много беженцев. Комдан и Ыйун объединили силы, чтобы их спасти, и построили храм, где велась общинная жизнь. В этом смысле Сонун-са изначально был пристанищем для беженцев. Спустя 1300 лет крестьянская армия молилась об успехе своего восстания перед Буддой, высеченным в скале у скита Тосор-ам, относящегося к этому храму.

Покинув храм, я направился к морю. Это была деревня Мёнсасим-ни (Мёнсасип-ри), известная своим песчаным пляжем. Напротив неё находится порт Кёкпхо. Вдоль красивого песчаного пляжа, протянувшегося по прямой более чем на километр, уже многие сотни лет растёт густой сосновый лес. Запах сосен, приносимый весенним ветром, казалось, прочищал мои органы чувств. А звук ветра, проходящего сквозь кроны деревьев, напоминал бульканье кипящей воды в чайнике.

За песчаным пляжем простирается литораль. Западное побережье Кореи известно самой большой амплитудой приливов и отливов в мире. Здесь море и суша изо дня в день меняются местами. Место, на котором я стою сейчас, вскоре снова станет частью моря. Море здесь очень солёное, поэтому сюда стекаются люди с невралгиями и проблемами кожи, чтобы принимать горячие соляные ванны.

Когда я смотрел на обширную литораль, мне вспомнился адмирал И Сунсин (1545—1598). Говорят, что во время Имчжинской войны (1592—1598), когда у его войск кончились припасы, полководец отделил часть побережья и собрал там морскую воду, чтобы она выпарилась на солнце в гигантском природном «котле». Полученное огромное количество соли было продано, чтобы купить тысячи тонн риса для его войск.

Ячменные поля фермы Хагвон каждую весну привлекают в Кочхан полмиллиона туристов. Местный Фестиваль зелёных ячменных полей является самым массовым в регионе.

Небольшие тотемные столбы «чансын» служат в Кочхане указателями ячменных полей, занимающих около 1 млн. кв. м.

Когда я смотрел на просторные поля, перед моими глазами возникли, наложившись друг на друга, образы голодных крестьян, движущихся на Сеул, и гладиаторов под предводительством Спартака, идущих на Рим. Обе революции были подавлены.

Примерно 1600 дольменов, образуя самый большой кластер этих сооружений в Корее, находятся в Кочхане. Здешний кластер дольменов, наряду с кластерами в Хвасуне и на Канхва-до, в 2000 г. был включён в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Ансамбль крестьянской музыки «нонак» выступает на площадке перед крепостью уездного города Кочхан. До пандемии коронавируса каждые выходные с весны до осени здесь, а также в находящемся неподалёку родовом доме Син Чэхё (1812—1884), мастера и учителя пхансори, проходили концерты традиционной музыки и танцев.

Жареный угорь
Раз уж я оказался в Кочхане, отужинать непременно следовало жареным угрём «чано» под рюмку ежевичного вина «покпунчжа». Кочхан славится своими угрями, которых называют «пхунчхон-чано», ибо они ловятся в «пхунчхоне» — зоне, где морская вода встречается с речной. Эти угри ценятся как продукт здорового питания.

Я пошёл в один ресторанчик, куда ходят только «свои». Он притаился в уединённом уголке недалеко от полей. В ресторанчике под названием «Хёнчже сусан пхунчхон-чано» было просторно, а вокруг него раскинулся большой сад.

Хозяин ресторана лично жарит свежего угря на углях, обмазывая его особым соусом, в котором более 200 ингредиентов, включая лекарственные травы, ферменты злаков и настойку на травах. Закуски «панчхан» здесь разнятся в зависимости от времени года, а все ингредиенты для них выращиваются органическим способом. Домашнее ежевичное вино, которое делают здесь же в ресторане, приятно перекатывалось во рту. Сочетание угря с вином было так прекрасно, что мне казалось, будто я стал моложе и сильнее.

Соляная деревня Кочжол-ли

Рамсарское водно-болотное

Музей дольменов

Музей пхансори

Кластер дольменов
На следующий день рано утром я осмотрел Музей дольменов Кочхана, расположенный в уездном центре, а потом отправился в волость Тэсан-мён, чтобы увидеть дольмены в их «естественной среде обитания». На каждой тропе, ведущей от деревни к средней части горы, стояли эти мегалитические сооружения. На каждом дольмене был высечен номер. Чем выше в гору — тем меньше номер. Я хотел увидеть №1 на вершине, но усталость взяла своё, и я отказался от этой затеи.

На Корейском полуострове сосредоточено 60% дольменов мира, и примерно 1600 из них находятся в Кочхане. Кластер дольменов в Кочхане, наряду с кластерами в Хвасуне и на Канхва-до, включён в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Можно сказать, что Кочхан сам по себе — это культурное наследие. В 2013 году весь уезд Кочхан-гун был включён в список Всемирных биосферных резерватов ЮНЕСКО.

После обеда я пошёл осматривать поля ячменя фермы Хагвон. А каждый апрель сюда съезжаются тысячи человек, чтобы полюбоваться цветущим рапсом. Пока я шагал среди полей с порослью ячменя, пошёл дождь. Когда цветок увядает — завязывается плод; точно так же нужно отказаться от красоты, чтобы родилась новая жизнь. Было что-то чудесное в этих ростках, мокнущих под весенним дождём. В эту поездку я отправился не в поисках новых впечатлений, а в поисках нового способа смотреть на вещи.

Соединяя искусство ВО ИМЯ ЕДИНОЙ КОРЕИ

Tales of Two Koreas 2021 SPRING 46

Соединяя искусство ВО ИМЯ ЕДИНОЙ КОРЕИ

«Дом с окнами на юг, снова» — совместная выставка беженки с Севера и её наставницы, арт-терапевта с Юга, — привлекла множество посетителей. На ней две художницы в совместном проекте выразили усилия, направленные на углубление взаимопонимания между жителями Юга и Севера, а также общее стремление к объединению.

Художница Кои сравнивает себя с рыбой, ускользнувшей из тесного аквариума. «Кои», т.е. парчовый карп, в аквариуме редко превышает 8 см в длину, но в реке может вырасти до 120 см. Выбор названия рыбы в качестве псевдонима говорит о мечте художницы «плавать в полноводной и свободной реке», называемой Южной Кореей.

В декабре 2008 года 18-летняя Кои покинула родной дом в Чхончжине (КНДР, провинция Северная Хамгён) и тайком переправилась в Китай под влиянием близкой подруги, которая ранее вместе с семьёй перебралась на Юг. Даже родители Кои не смогли отговорить её от этого опасного предприятия.

В марте 2009 года, после ряда перипетий в Китае и в Таиланде, Кои прибыла на «землю обетованную» — в Южную Корею. Оглядываясь назад, она говорит, что не испытывала никакого страха — как тот годовалый щенок, что не боится тигра, из пословицы. И добавляет, что сейчас, если бы могла вернуться в то время, ни за что не решилась бы на такую авантюру.

Оказавшись на Юге, Кои захотела изучать искусство. Готовясь к поступлению в вуз, она посещала «Ханыль ккум», альтернативную школу для выходцев с Севера (Соннам, провинция Кёнги-до). В 2012 году девушка поступила на факультет текстильного искусства и дизайна моды университета Хоник и стала первой студенткой с Севера на этом факультете.

«Карта Корейского полуострова, вмещённая в сигму». Син Хёнми и Кои. 2020 г. Дерево, акриловые краски. 160 × 100 см. Эта совместная работа беженки с Севера Кои и её южнокорейской наставницы и арт-терапевта Син Хёнми экспонировалась на выставке «Дом с окнами на юг, снова», проходившей в Сеуле в ноябре 2020 г. Чтобы изобразить сумму всех частей полуострова, в произведении используется математический символ.

«Unit Harmony». Кои. 2020 г. Специальная ткань. 100 × 100 см. По словам Кои, эта работа вдохновлена бумажными самолётиками с записанными на них желаниями. Работа воплощает идею, что если собрать вместе все страстные желания объединения, хранящиеся в душе каждого корейца, то они могут создать единую Корею.

Случайность, или судьба
В университете Кои встретилась с художницей Син Хёнми, которая занималась арт-терапией в Христианской ассоциации молодёжи из Северной Кореи. «Когда я впервые встретила Кои в 2013 году, я сразу почувствовала, что у неё позитивный взгляд на жизнь, — вспоминает г-жа Син. — В то время я участвовала в групповых консультациях для молодых беженцев с Севера, проводимых при поддержке главного офиса Корейской методистской церкви. Я узнала, что Кои очень хочет, чтобы я занималась с ней лично. И с тех пор я являюсь её наставницей. Кои всегда с благодарностью принимает всё, что я ей даю, и постоянно работает над собой».

Две художницы создали 9 работ для совместной выставки, проходившей с 25 по 30 ноября 2020 года в галерее «Тхопхо-хаус», в столичном районе Инса-дон. Темой выставки стало объединение нации. Эта экспозиция – своего рода продолжение выставки «Дом с окнами на юг», инициированной в 2008 году Сеульским женским университетом и Управлением образования Восточного Инчхона для молодёжи с Севера. На этих выставках были показаны работы участников в таких жанрах, как живопись, текстильное искусство и инсталляция.

Нынешняя выставка — результат особых отношений наставницы и подопечной, а также первая возможность познакомиться с творчеством Кои. На выставке были представлены три совместные работы и по три индивидуальных произведения Кои и Син Хёнми.

«Карта Корейского полуострова, вмещённая в сигму», одна из трёх совместных работ, представляет собой впечатление авторов о Корее, выраженное в математическом символе Σ. Другой проект, «Общаться цветом», — это результат усилий 30 беженцев с Севера и 29 южнокорейцев, каждый из которых создал краску своего цвета, выразив в ней своё цветовое ощущение объединения. К этим краскам Кои и Син Хёнми добавили свои «цвета эмоции», и в результате получился 101 цвет. После окончания выставки эти краски были переданы в учреждения, занимающиеся образованием во имя объединения.

Одна из работ Кои, «Дорога к дому с окнами на юг, по которой мы идём вместе с тобой», — это инсталляция. Она выглядит так, как будто художница выставила как есть 50 пар кед, в которых ходила на Севере.

«В каждый кед я вложила написанное от руки письмо, чтобы передать привет своим 50 друзьям на Севере. В этих письмах я выразила тоску по семье и друзьям и надежду на объединение, — рассказывает Кои. — Многие посетители выставки долго стояли перед этой работой. Некоторые внимательно читали письма и плакали. Другие оставили отзывы, что были очень растроганы. Для меня тоже это самое дорогое сердцу произведение».

Ещё одна работа Кои, «Unit Harmony», вдохновлена бумажными самолётиками с записанными на них желаниями. Один самолётик — одна мечта. Работа воплощает идею, что если собрать вместе все страстные желания объединения, хранящиеся в душе каждого, то они могут создать единую Корею, подобно тому как эти маленькие мечты, соединившись, становятся большой мечтой.

Общение и терпение
Работа г-жи Син, «Трек для бега на длинную дистанцию», выражает длинный тяжёлый путь, который прошли 46 из многочисленных выходцев с Севера, встреченных во время работы арт-терапевтом и оставшихся в её памяти.

«Мне с детства было трудно бегать на длинные дистанции, — говорит г-жа Син. — Беженцы с Севера, до того как прибыть на Юг, несомненно, пережили как опасные моменты, так и моменты душевного спокойствия, и я попыталась вообразить, каково это, сравнив с чувством, которое испытываешь во время бега на длинную дистанцию».

Ещё одно произведение г-жи Син, «Место», символизирует то, как воспоминания, которыми поделились с нею некоторые беженцы, навсегда заняли место в её душе.

Несмотря на особые отношения подопечной и наставницы, во время совместной работы две художницы в полной мере ощутили разницу в системе ценностей как следствия того, что они выросли в разных средах и имели разный жизненный опыт. Понадобилось общение, забота и терпение. В этом процессе Кои и г-жа Син серьёзно задумались над тем, как интегрировать две разные культуры.

Кои говорит, что её воодушевили зрители, которых пришло гораздо больше, чем предполагалось. «Мы думали, что из-за коронавируса посещаемость будет низкой, но, к моему удивлению, неожиданно пришло много людей. Это дало мне уверенность, что мой талант можно будет использовать со смыслом, во имя объединения. Я думаю, что только тот факт, что художник с Юга и художник с Севера, вместо того чтобы заниматься чем-то в одиночку, сумели создать что-то вместе, означает, что мы уже сделали первый шаг к объединению».

Выставка состоялась по инициативе г-жи Син: «Уже на этапе планирования мы готовились не к одноразовому мероприятию, а к долгосрочному проекту. Используя выставку как толчок, мы планируем сыграть роль моста, чтобы развиться в ещё больший проект, в котором приняло бы участие ещё больше людей, подходя к теме Севера естественно, с позитивным восприятием объединения».

Этой весной в галерее Национального консультативного совета по объединению откроется ещё одна выставка.

«Только тот факт, что художник с Юга и художник с Севера, вместо того чтобы заниматься чем-то в одиночку, сумели создать что-то вместе, означает, что мы уже сделали первый шаг к объединению».

«Дорога к дому с окнами на юг, по которой мы идём вместе с тобой». Кои. 2020 г. Ткань, рукописи, 50 пар кед. В кеды, аналогичные тем, в которых Кои ходила на Севере, она вложила письма, чтобы передать привет своим 50 друзьям на Севере.

Во время совместной работы арт-терапевт Син Хёнми (слева) и её подопечная из Северной Кореи Кои в полной мере ощутили разницу в системах ценностей как следствия того, что они выросли в разных средах и имеют разный жизненный опыт. При этом им понадобилось общение, взаимная забота и терпение.

Шаги к мечте
Кои сейчас продолжает учёбу в магистратуре бизнеса моды в Университете Хоник и работает в организации, связанной с модой. В 2016 году она спланировала и участвовала вместе с 9 молодыми художниками Севера и Юга в групповой выставке в «Common Ground», первом в Южной Корее торговом центре из грузовых контейнеров, при спонсорстве Kolon Group. Её мечта — стать влиятельным экспертом в области индустрии моды, культуры и искусства, чтобы принести пользу в подготовке к объединению.

Г-жа Син с 2004 года поддерживает тесные отношения с выходцами с Севера. Это началось, когда она встретила мальчика-беженца из Северной Кореи во время работы волонтёром в организации «Врачи без границ». В качестве арт-терапевта она также исцеляла северокорейских беженцев и общалась с ними в «Хаваноне», госучреждении для переобучения выходцев с Севера. Г-жа Син изучала живопись в Университете Огайо (США) и получила степень магистра по арт-терапии в Сеульском женском университете.

Сейчас она учится в аспирантуре клинической арт-терапии Университета Чхаыйгва. Г-жа Син также занимается подготовкой разного рода деятельности, способствующей осознанию того, что помощь выходцам с Севера, чтобы они могли вести полноценную жизнь на Юге, — это важная государственная и социальная задача.

Баланс точности и красоты

Guardian of Heritage 2021 SPRING 46

Баланс точности и красоты

Г-н Ки Хынсон за пятьдесят лет создал множество миниатюрных копий различных архитектурных сооружений — древних и современных, восточных и западных. Но жемчужиной его творчества, безусловно, являются изысканные модели традиционных корейских строений.

Музей Ки Хынсона, расположенный в Янпхёне (провинция Кёнги-до), — это загадочный мир миниатюр. Его создатель и директор Ки Хынсон с детства талантливо рисовал и мастерил разные поделки. Отец будущего мастера хотел, чтобы тот занимался жилищно-гражданским строительством, и говорил, что после объединения двух Корей понадобится строить много объектов гражданского назначения.

Г-н Ки родился в Ончжине провинции Хванхэ-до. Сейчас это территория Северной Кореи. Его семья перебралась на Юг вскоре после начала Корейской войны в 1950 году. Его карьера модельщика началась в 1967 году, когда г-н Ки привлёк внимание Ким Сугына (1931—1986), первопроходца современной корейской архитектуры и в то время первого вице-президента Korea Engineering Consultants Corp. Эта компания взяла на себя строительство площадки для торговой ярмарки. Г-н Ки

создал модель из подручных материалов в своей мастерской. Когда Ким Сугын увидел его работу, он воскликнул: «Откуда же ты взялся, такой рукастый чертяка!» создал модель из подручных материалов в своей мастерской. Когда Ким Сугын увидел его работу, он воскликнул: «Откуда же ты взялся, такой рукастый чертяка!»

Г-н Ки Хынсон перед моделью 9-ярусной деревянной пагоды храма Хваннён- са, крупнейшего буддийского храма эпохи Силла (57 г. до н.э. — 935 г.). Создавая модели древних строений, мастер не использует клей: он собирает их соединяя миниатюрные детали в ласточкин хвост.

Непревзойдённый талант
Его руки были быстры и точны. Пока другие ещё работали над эскизами, он уже заканчивал сборку модели. Завоевав полное доверие Ким Сугына, г-н Ки в 31 год поднялся до руководителя проекта, а в 1970-х годах, в самый разгар индустриализации, он практически в одиночку создавал все модели, которые использовались для презентаций проектов развития страны. В некотором смысле по его работам можно проследить историю экономического развития Кореи.

— Я тогда играл роль последнего запасного питчера на брифингах для президента. По одним чертежам иногда было непросто составить представление о будущих зданиях, а при взгляде на мои модели всё сразу становилось понятно, — вспоминает г-н Ки.

В его руках родилась модель скоростной автомагистрали Кёнбук (Сеул— Пусан), а также план общего девелопмента острова Ёи-до. По словам г-на Ки, в те времена он работал сутками, изредка прерываясь на сон на раскладушке в своём офисе.

Его мастерство достигло зрелости в процессе создания моделей традиционных архитектурных строений. Поворотный момент наступил, когда Национальный музей заказал мастеру модель 9-ярусной деревянной пагоды храма Хваннён-са (Хванрён-са). Храм, основанный в VII веке, в эпоху Силла, для вознесения молитв Будде о защите страны, полностью сгорел во время вторжения монголов в 1238 году. Г-н Ки, основываясь только на исторических записях, создал 4-метровую модель легендарной пагоды.

Вспоминая то время, он говорит:

— Тогда, в 1980-х годах, у меня ушло три года на составление чертежей предполагаемой конструкции и на консультации с учёными и экспертами в разных областях, включая архитекторов, археологов и историков искусства. После этого потребовалось ещё 5 лет, чтобы построить модель. Поскольку нужно было воссоздать утерянную пагоду на основе одних предположений, это было самым трудным проектом, но в то же время самым памятным.

В выставочном зале первого подземного этажа в его музее выставлена другая копия этой же деревянной пагоды, созданная для специальной выставки «Культура архитектуры Кореи: мир моделей Ки Хынсона», приуроченной к переезду Национального этнографического музея в 1993 году. Тогда г-на Ки превозносили и в стране, и за рубежом за то, что он «возродил блистательную архитектуру Силла».

Модель старинного поселения в Этнографическом музее парка «Лотте Ворлд» в Сеуле тоже принесла г-ну Ки мировое признание. На участке площадью 1200 кв. м в масштабе 1:8 воспроизведены различные строения, включая Кёнбок-кун — главный дворец династии Чосон, государственные школы «хянгё» и буддийские храмы. Поскольку здесь можно увидеть образ жизни и строения того времени, это место обязательно посещают важные иностран-ные гости во время своих визитов в Корею. Посетивший музей в 2002 году декан Института искусств и дизайна Университета Цинхуа г-н Лу Сяобо выразил желание «познакомить Китай с этими поразительными способностями, возродившими красоту традиционной архитектуры».

Г-н Ки потратил на создание миниатюрного поселения два года, украшая деревянные стро-ения пятицветной росписью «танчхон» и обжигая в печи миниатюрную черепицу размером с ноготь. «Я чуть не умер», — вспоминает г-н Ки. Он работал над проектом с подключённым к сердцу кардиостимулятором.

— В корейской архитектуре очень важны линии. Изгибы вздёрнутой кверху стрехи — это мельчайшее отклонение от прямой линии, оно достигается чутьём, — говорит г-н Ки. — Каждый раз, когда я воссоздаю старинные строения, я восхищаюсь мудростью наших предков. Современная архитектура не идёт ни в какое сравнение с той элегантностью. Традиционные строения гораздо сложнее воспроизводить, поэтому модельщик должен иметь не менее 5 лет стажа.

В 2004 год г-н Ки в качестве приглашённого профессора преподавал в Институте искусств и дизайна Университета Цинхва, чтобы поделиться своим художественным чутьём и секретами мастерства в преддверии Пекинской Олимпиады-2008 и ЭКСПО-2010 в Шанхае. Центральное телевидение Китая посвятило передачу его выставке «Мир моделей Ки Хынсона», прошедшей в июне 2004 года в Пекине.

9-ярусная деревянная пагода храма Хваннён- са VII века, которая когда-то возвышалась на 80 м, была воссоздана в виде модели в масштабе 1:20. Г-ну Ки понадобилось три года для научных изысканий и составления чертежей предполагаемой конструкции давно исчезнувшей пагоды, а потом ещё пять лет на изготовление её модели.

Балюстрады, идущие по периметру каждого яруса, украшены изящным геометрическим резным узором. Пагода сгорела вместе с храмом во время вторжения монголов в XIII в.

«Простая копия строения не может произвести впечатления. Модель должна быть точной и в то же время — прекрасной».

Музей моделей
Музей Ки Хынсона открылся в ноябре 2016 года — к 50-летию творческой деятельности г-на Ки. Мастер давно мечтал создать пространство, чтобы выставить свои работы и делиться знаниями. В музее экспонируется более 1000 моделей. На первом подземном этаже разме-стился «Зал традиционной корейской архитектуры», где у входа стоят ворота Сунне-мун, т.е. Великие Южные ворота, признанные национальным сокровищем. В модели сохранён их облик до пожара 2008-ого года. Тщательно воспроизведены колонны и ступеньки внутри строения и даже символические фигурки на коньках крыши. Участки крепостной стены по обе стороны ворот также в точности отражают оригинал — вплоть до формы и узоров на камнях; даже крохотные выпуклые и вогнутые элементы черепицы тщательно подогнаны друг к другу. — Когда ворота Сунне-мун сгорели, мой телефон разрывался, — вспоминает г-н Ки. — Поскольку моя модель полностью воспроизводит облик ворот до пожара, она оказалась очень полезной для реставрационных работ.

На втором этаже расположился «Зал архитектуры позднего Нового времени и современного периода». Старый Сеульский вокзал и снесённое здание японского генерал-губернаторства предстают здесь в своём изначальном виде. В зале выставлены не только модели знаковых сооружений Кореи, таких как главный стадион Сеульской Олимпиады-88, здание «Юксам билдинг», башня Чонно и стадион Чемпионата мира по футболу, но и копии известных зданий в разных странах мира, например Белого дома, небоскрёба Эмпайр-стейт-билдинг, башен Петронас и др. За свою модель центра Пхеньяна г-н Ки получил прозвище Человек, который перенёс Пхеньян в Сеул. На платформе размером 5 на 5 м он воссоздал важнейшие здания Пхеньяна с ландшафтом так, как они выглядели примерно во время саммита между Югом и Севером в 2000 году. Взгляд притягивают аэропорт Сунан, Монумент идей чучхе, Дворец съездов Мансудэ, Народный дворец культуры и отель «Корё».

Модели г-на Ки в масштабе 1:200 сыграли ключевую роль в том, что южнокорейский консорциум смог выиграть в 2009 году тендер на постройку атомной электростанции в Объединённых Арабских Эмиратах. Стоимость контракта составила 40 млрд. долларов.

Сунне-мун были главными воротами столицы Чосона Ханяна, территория которого в основном соответствует старому центру Сеула. Двухэтажное деревянное сооружение размером в 5 пролётов в ширину и в 2 пролёта в глубину было возведено на гранитном основании. Построенные в 1398 г. ворота сгорели в 2008 г., а их восстановление завершилось в 2013 г. Модель г-на Ки была признана самой точной репликой ворот до пожара.

Г-н Ки тщательно воспроизводит все детали, включая даже символические фигурки на коньках крыши. В традиционной архитектуре эти фигурки служат не только для украшения строений, но и для защиты от злых духов.

Не до конца осуществлённая мечта
В эпоху, когда можно создавать 3D-модели онлайн, нельзя не задаться вопросом, для чего нужны обычные модели.

— Модель необходима, например, для того, чтобы заранее изучить, как будет выглядеть реальное строение после завершения строительства, или чтобы понять, будет ли оно гармонировать с окружающим пейзажем. Чтобы точно передать намерения проектировщика, при создании модели нужно один в один воспроизвести процесс строительства здания согласно чертежам.

Это относится и к процессу воссоздания традиционных строений, состоящему из последовательности сложных этапов: установки столбов на каменных основаниях, создания каркаса из балок и стропил, устройства черепичной крыши, установки дверей и окон.

— Простая копия строения не может произвести впечатления. Модель должна быть точной и в то же время — прекрас ной. Самое сложное в создании моделей традиционных строений — это раздобыть хорошую древесину. Нельзя, чтобы после того, как модель уже готова, дерево растрескалось, поэтому я запасаю впрок высококачественную красную сосну, которую используют для строительства традиционных ханоков. Также я не использую клей, а собираю модели путём тщательной подгонки всех деталей, так как важно сохранить эстетику традиционной архитектуры.

Его мечта о создании музея ещё не полностью осуществлена — мастер планирует открыть ещё один выставочный зал в пристройке за главным зданием музея, чтобы выставить работы, которые сейчас в запасниках. Также г-н Ки намерен открыть ещё один музей где-нибудь в Инчхоне, на острове Сон-до или Токчок-то, поближе к его родному дому на Севере.

— Создание архитектурных моделей — это способ помочь восстановлению нашего исчезающего культурного наследия и в то же время спрогнозировать проблемы, которые могут возникнуть в будущем, и подготовиться к ним. Это моя миссия уже более 50 лет, и я продолжу заниматься этим до конца своей жизни.

People

Разглажу морщинки вашей души

An Ordinary Day 2021 SPRING 40

Разглажу морщинки вашей души Огрубелые руки ловко снуют в клубах поднимающегося к потолку белого пара. Когда пар рассеивается, измятая одежда вдруг оказывается свежевыглаженной. На лице г-на О Гинёна, который протягивает клиенту чистую, ещё тёплую от пара одежду, расплывается улыбка. Маленькая прачечная, уже более 20 лет работающая в одном из районов Сеула, и сегодня заполнена тёплым паром. Г-н О Гинён, который держит «Хэндэ кхыринин», прачечную в переулке по соседству с улицей Синсу-ро в округе Мапхо-гу, работает по 14 часов в день в помещении площадью 26,4 кв. м. Он особенно занят весной, когда в домах достают весеннюю одежду и убирают зимнюю. В это время прачечную заваливают заказами. «Когда отламываешь кусок свежеиспечённого хлеба, когда укладываешь в ящик стопкой аккуратно сложенное бельё, когда надеваешь через голову новую белую рубашку, которая источает запах чистого хлопка, испытываешь маленькое, но верное счастье», — писал Харуки Мураками. В каждой стране есть слова, которыми выражают подобное состояние. В Дании это «хюгге», в Швеции — «лагом», во Франции — «au calme», а в Корее последнее время широко используется новое выражение — «сохвакхэн» ( ), что означает «маленькое [но] верное счастье». Маленькая прачечная в переулке, которая круглый год испускает клубы белого пара, — это, наверное, одно из тех мест, которое дарит тепло, выходящее за рамки национальных границ и рас. День г-на О Гинёна, который держит «Хэндэ кхыринин» — прачечную в переулке по соседству с улицей Синсу-ро в округе Мапхо-гу Сеула, начинается в 8 утра. — Придя на работу, первым делом сортирую то, что надо постирать, и потом стираю. Когда эта работа закончена, собираю одежду, которую сдали в починку, и ремонтирую её. После этого начинается глажка. В 9 вечера наступает время разносить заказы. После того как обойду примерно 5 жилых комплексов по соседству, уже, глядишь, и 10 вечера. Самое напряжённое время года — весна. По мере того, как в домах достают весеннюю одежду и разбирают зимнюю, чтобы убрать её подальше, прачечную заваливают заказами. Поэтому весной нет никаких установленных рабочих часов. Проработав до глубокой ночи, г-н О валится с ног и спит, а потом снова встаёт и трудится, пока хватает сил. Правда, в последнее время работы поубавилось. Раньше г-н О разносил в день 40 заказов, а сейчас — максимум 10. Но всё равно он трудится с 8 утра до 10 вечера шесть дней в неделю. Из-за того, что много лет гладил одной рукой, деформировался локоть. Эту про-фессиональную болезнь не излечить даже при условии постоянных упражнений. Г-н О вкладывает всю душу в каждый вещь, выражая так свою признательность заказчикам. Его прачечная работает на одном месте уже 20 лет и обслуживает в основном постоянных клиентов. Обретение своего места Г-н О связал свою судьбу с одеждой, когда ему было лет 25. На фабрике по пошиву одежды он изучал швейное ремесло, занимаясь чесанием пряжи и распоркой. Освоив также обязанности закройщика, к 30 годам наш герой открыл свою фабрику, которая проработала пять лет, после чего стала одной из жертв валютного кризиса 1997 года. — Количество заказов резко сократилось, поэтому работы было только на 2-4 дня в неделю, так что нечем стало платить работникам. Не было другого выхода, кроме как распрощаться с фабрикой. Мой младший брат тогда держал прачечную в Ёнине, я съездил к нему, посмотрел и решил тоже попробовать. Подумал, что этим ремеслом можно заниматься и в пожилом возрасте, пока здоровье позволяет, поэтому, наверное, можно будет всегда заработать себе на жизнь. Так случилось, что подруга жены как раз держала прачечную. Мы с женой какое-то время там работали, чтобы приобрести нужные навыки и знания. В течение трёх месяцев, не получая зарплаты, мы днями напролёт учились тому, как обращаться с техникой, как работать. Разные виды ткани стирают по-разному. Опыт работы на фабрике по пошиву одежды стал большим подспорьем. Прежде чем окончательно обосноваться и обрести стабильность, г-н О прошёл долгий путь проб и ошибок. Первым местом был район Куро-дон. В силу недостатка умения приходилось прилагать много усилий, которые в итоге не приносили достаточного дохода. А необходи-мость личного контакта с самыми разными категориями людей оборачивалась душевными ранами. Спустя всего несколько месяцев г-н О перебрался в арендуемые торговые площади в новом жилом комплексе. В те времена в большинстве жилых комплексов действовало неглас ное правило, согласно которому при наличии одной прачечной другой там уже не было места. В итоге прачечной г-на О пришлось в одиночку обслуживать 1300 квартир. В этот раз работы оказалось слишком много, поэтому уже через полгода наш герой сдался и с мыслью о том, что не стоит замахиваться на слишком большой куш, обосновался на нынешнем месте — на улице Синсу-ро в округе Мапхо-гу. — Я родом из этого округа. Когда я впервые собирался открыть прачечную, здесь не было жилых комплексов. А когда продал вторую прачечную и приехал сюда, оказалось, что вокруг выросло много жилых комплексов и как раз сдавалась свободная площадь. Так что мы сюда въехали, и с тех пор прошло уже около 20 лет. Объём работы уменьшился, но легче не стало. Когда работавшая с ним бок о бок жена отошла от дел из-за ослабевшего здоровья, г-н О взял на себя всю работу. Площадь прачечной, заваленной грудами стирки и тесно заставленной разнообразной техникой и швейными машинками, чуть больше 8 «пхён» (26,4 кв. м). Даже когда выдаётся свободная минутка, хозяину негде прилечь, поэтому он отдыхает, сидя на стуле. Новые технологии могут помочь сортировать заказы, но г-н О придерживается традиционного способа, по старинке прикрепляя к заказам бирки, написанные от руки. Меняющееся окружение С изменением окружения меняется и сфера обслуживания. Молодёжь теперь использует приложения, позволяющие легко сдать одежду в стирку прямо дома, или ходит в сравнительно дешёвые сетевые прачечные. Из-за ковида люди стали реже «выходить в свет» и больше работать на дому, поэтому объём стирки ещё больше уменьшился. При этом, поскольку ремесло это непростое и утомительное, чем дальше, тем труднее найти людей, которые хотят ему научиться. Районные прачечные постепенно исчезают. Когда хозяин из-за возраста не может больше работать, прачечная просто закрывается — навсегда. Но мастер своего дела г-н О продолжает работать на совесть для каждого клиента. Большинство клиентов его прачечной — домохозяйки в возрасте за 40 и за 50, и все они пользуются его услугами по многу лет. Получая свою одежду, ставшую чистой, словно новая, они искренне радуются, а некоторые в знак благодарности приносят выпечку или фрукты. Конечно, не обходится и без неприятных клиентов. Одни возводят напраслину, говоря, что на одежду посадили пятно, которого не было, другие беспричинно грубят. — Некоторые говорят с тобой пренебрежительно, свысока. Как бы подчёркивая, мол, раз ты занимаешься таким делом, значит, с тобой нечего и церемониться. С такими людьми труднее всего. Я стараюсь чётко доне сти до них, что, если вам что-то не нравится, можете и не приходить. Иначе будет только стресс. При таком многолетнем опыте работы естественно, что в памяти г-на О есть и примечательные клиенты. Один мужчин лет сорока приносил регулярно всё — от нижнего белья до рубашек, брюк и полотенец, запихнув их в авоську. Поскольку он клал туда и влажные полотенца, пахло это всё пренеприятно. И вот однажды, когда прачечная г-на О не работала, этот клиент отнёс свою стирку в другое место, после чего пожаловался, что там очень дорого берут. — Теперь-то вы поняли? — спросил его г-н О. Наш герой уже давно научился не принимать всё близко к сердцу. Он старается не думать об плохом. Неприятным клиентам всегда можно отказать, хороших много, без работы не останешься. А вот когда хорошим клиентам не получается сделать ещё лучше, тогда, по признанию г-на О, он чувствует себя виноватым. Усилия мастера Когда целыми днями возишься с одеждой, становишься восприимчивым и к моде. А когда клиенты отдают в починку новую одежду, то узнаёшь что сейчас в моде. А так как каждый тип ткани требует своего способа стирки, то учишься и этому. И по выходным г-н О бродит по аутлетам и рассматривает одежду, чтобы быть в курсе всех модных тенденций. Если раньше носили много одежды, которой была необходима химчистка, то сейчас в ходу много функциональной одежды. Чтобы сохранить свойства такой одежды, её надо стирать недолго и нейтральными моющими средствами. Если не знать таких тонкостей, легко испор-тить вещи. То есть с понедельника по субботу г-н О работает, а в воскресенье ходит изучать одежду? Неужели у него нет хобби? Г-н О широко улыбается и достаёт блокнотик. — Я совершаю велопробеги через всю страну по разным маршрутам. На каждом из них есть контрольные пункты, и когда ты через них проезжаешь, в блокнот ставят штамп. Одно время я ездил каждое воскресенье. На рассвете выезжаешь на велосипеде, а вечером возвра-щаешься на автобусе. Длинные маршруты проезжаешь в несколько приёмов. Теперь остался только один незавершённый участок. Когда вот так в выходной и спортом занимаешься, и исцеляешься душевно, — это моя самая большая радость и отдохновение. С надеждой, что нынешние трудности скоро минуют нас и всё вернётся на круги своя, г-н О снова берёт в руки тяжёлый утюг, чтобы дать своим клиентам «маленькое, но верное счастье».

Лаура Мафо Зачарованная пхансори

In Love with Korea 2021 SPRING 48

Лаура Мафо Зачарованная пхансори Редкие везунчики точно знают, чего хотят от жизни. Одна из них — Лаура Мафо. Услышав однажды пхансори, она сразу поняла, что это её призвание. Ни секунды не колеблясь, она решила переехать в Сеул, где сейчас совершенствует свои навыки исполнения этой традиционной корейской вокальной музыки с надеждой петь пхансори на мировой сцене. Работая в «Самсунг Электроникс» в Париже, Лаура Мафо (Laure Mafo) мечтала купить дом и открыть в нём детский сад, пока однажды не оказалась на концерте пхансори. «Это было потрясающе! Просто любовь с первого взгляда», — вспоминает наша героиня. Заворожённая традиционной корейской нарративной песней, она просидела весь концерт с улыбкой на лице и с мыслью: «Это здорово, реально здорово! Я думаю, это моё». После концерта Лаура подошла к исполнительнице, г-же Мин Хесон, чтобы спросить её об обучении пхансори. Г-жа Мин, спевшая тогда отрывок из «Чхунхянга» («Песнь о Чхунхян») — произведения, основанного на известной истории любви знатного юноши и девушки-простолюдинки, — сказала, что лучше всего изучать пхансори в Корее. Под влиянием порыва Лаура Мафо, специалист по бизнес-администрированию и фанатка кей-попа, спросила: «Если я приеду в Корею, Вы возьмёте меня в ученицы?» В 2017 году, потратив два года на подготовку к переезду и на убеждение своих родственников и друзей, что она не сошла с ума, Лаура приехала в Сеул. Г-жа Мин предупредила нашу героиню, что на овладение пхансори уйдёт минимум 10 лет. Но чтобы успокоить свою мать, Лаура сказала ей, что даёт себе «всего один год». Хотя Лаура никогда не отличалась авантюризмом, она не испытывала страха: «Я просто доверилась своим ощущениям». Как и было обещано, Лаура стала ученицей г-жи Мин, официальной исполнительницы «Хынбуга» («Песнь о Хынбу»), одного из пяти главных произведений пхансори, признанного важным нематериальным наследием Кореи. Учиться нужно было многому. Поскольку нарратив является ключевым моментом пхансори, было жизненно необходимо понимать тексты. И Лаура начала с изучения корейского и письменного китайского. Стремление Лауры Мафо стать исполнительницей пхансори требует не только упорных занятий по овладению вокальными техниками, необходимыми для исполнения этого нарративного жанра традиционной музыки, но и изучения корейского языка, чтобы добиться идеального произношения и досконального понимания содержания текстов. Практика, больше практики До COVID-19 дни Лауры, обычно с 11 утра до 9 вечера, были заполнены занятиями, репетициями, эпизодическими концертами и появлениями на ТВ. Она чувствовала, что ей нужно трудиться вдвое больше: даже чёткое произнесение текста давалось нелегко, не говоря уже о понимании содержания. Для выработки правильного произношения она однажды целую неделю повторяла одну строчку, зажав ручку между зубами. «Может быть, я не могу петь, как носители языка, но я хочу стать профессионалом», — говорит 36-летняя Лаура, обладательница глубокого, звучного голоса. В её ещё только начинающейся карьере незабываемым стало выступление в Елисейском дворце в 2018 году по случаю встречи президента Южной Кореи Мун Чжэина и французского президента Эммануэля Макрона. Однако рождённая в Камеруне гражданка Франции считает более значимым другой концерт — в 2019 году она спела со своей наставницей и другими мастерами в корейском посольстве в Яунде, столице Камеруна. В числе зрителей были члены её семьи, а также местные высокопоставленные чиновники. — Мама сказала, что не видела толком, как я пою, поскольку была занята тем, что наблюдала за реакцией людей. Она была очень горда мной. Лауру пленяют истории и послания, хранящиеся в произведениях пхансори. Больше всего она любит «Песнь о Хынбу» — повествование о двух братьях, добром и бедном младшем и жадном и богатом старшем. «Это о семье. В каждой семье есть свои проблемы. В моей тоже. И я верю в послание, что добро всегда будет вознаграждено». Её цель — не только освоить «Песнь о Хынбу», но и исполнять целиком это трёхчасовое произведение, желательно — по всему миру, а также обучать пхансори детей. Лаура хочет помочь детям научиться выражать себя через эту музыку так, как это помогло ей: «В Париже я почти всё время была в депрессии. Я не знаю почему, но я не могла выражать свои чувства. А когда я исполняю пхансори, я чувствую подлинную ясность ума. Я хочу когда-нибудь научить этой прекрасной музыке и своих детей». Это возвращает Лауру к мыслям о матери. Она разговаривает с ней каждый день, и каждый раз та спрашивает, нашла ли она хорошего мужчину. И каждый раз Лаура отвечает: «Ещё нет». Являясь почётным послом Фонда Корея – Африка, Лаура любит носить ханбок, отражающий как её камерунские корни, так и ставшую для неё близкой корейскую культуру. Она сочетает украшенный камерунским принтом традиционный жакет чогори с красной юбкой, создавая тем самым классический и в то же время оригинальный ансамбль. Год пандемии 2020 год оказался особенно трудным для Лауры. Концерты были отменены, а её виза позволяла работать только в сфере искусства. Лаура пытается общаться со зрителями онлайн на своём ютуб-канале «Лорыран Ариран» («Ариран с Лаурой»), а также на канале своей наставницы «Бонжур, Пхансори!», где Лаура переводит её уроки на французский. Но отсутствие концертов означает отсутствие доходов. И всё-таки Лаура считает себя везучей: хозяйка пансиона активно поддерживает её — не берёт с неё плату за жильё и снабжает всем необходимым. Она даже подарила Лауре ханбок для выступлений. Лаура, обращаясь к хозяйке, называет её «онни» (т.е. «старшая сестра»). Она по-прежнему иногда путается в стилях вежливости и обращениях, но во всём остальном её опыт в Корее был в основном позитивным благодаря хорошим людям. «Мои корейские друзья в Париже тоже оказали мне большую помощь. Они помогли мне с базовыми вещами, такими как поиск жилья и открытие счёта в банке». Лаура скучает по привычным деликатесам — раклет и эклерам, но она нашла в Корее еду для утешения: «ком-тхан» (суп из говяжьих костей), популярное средство от похмелья, полюбившееся непьющей Лауре. Не всё было так мрачно в 2020 году: Лаура исполнила свою заветную мечту — поступила в престижный Корейский национальный университет искусств. Она была страшно рада, хотя немного переживала, что придётся «снова стать студенткой и нужно будет всё переводить». Но по-настоящему её беспокоит плата за обучение. Впервые в жизни, по словам Лауры, она оказалась стеснена в средствах. «Когда я выступаю, я хочу, чтобы зрители видели во мне певца пхансори, а не иностранца, поющего в этом жанре». Не оглядываясь назад И всё-таки Лаура говорит, что она абсолютно ни о чём не жалеет. И только однажды усомнилась в правильности сделанного выбора — во время первой поездки для интенсив-ной практики пхансори. Такие поездки называют «сан-конбу» (букв. «учёба в горах»), их устраивают два раза в год. «Я думала, что умру. Мы начинали в 5 утра и упражнялись весь день. Упражнялись, ели, потом опять упражнялись и ели. Я спрашивала себя: “Что я здесь делаю?” Но потом подумала: “Ух ты! Моё исполнение пхансори реально улучшилось”». Лаура признаёт, что «учёба в горах» сыграла решающую роль в обретении настоящего голоса и сложных вокальных техник. Для Лауры ещё один вызов — исполнение пхансори на французском. Иногда она поёт, сочетая корейский и французский, что оказалось ещё труднее. «Когда поёшь по-корейски, применяются другие техники, — объясняет Лаура. — Когда я пою по-корейски, мне кажется, что я рассказываю историю. А когда по-французски — будто это песня. Я пытаюсь звучать, словно я рассказываю историю, и по-французски тоже». Каков бы ни был язык, мечты нашей героини в сжатом виде таковы: «Я хочу, чтобы зрители видели во мне певца пхансори, а не иностранца, поющего в этом жанре». В этом году она надеется вернуться к выступлениям, а также освоить «Песнь о Хынбу» и перейти к изучению менее известного произведения «Сугён нанчжага» («Песнь о девице Сугён»). Это история любви, которую сегодня исполняют лишь единицы, в том числе г-жа Мин Хесон. — Если когда-нибудь хотя бы один человек испытает то же чувство, что было у меня, когда я впервые услышала, как поёт моя наставница, если хотя бы один человек, услы-шав моё исполнение, скажет: “Ух ты! Я тоже хочу этому научиться”, это будет потрясающе, — говорит Лаура.

Хобби переходит в онлайн

Lifestyle 2021 SPRING 45

Хобби переходит в онлайн В 2019 году у корейцев стало популярным заниматься хобби совместно, в небольших кружках. Этой «салонной культурой» особенно увлеклась молодёжь. И когда разразилась пандемия коронавируса, люди стали искать возможность продолжать общение. Вышивка — популярная категория на платформе онлайн- обучения Hobbyful. Сайты, посвящённые хобби и досугу, появляются в большом количестве, в частности, потому, что во время пандемии люди были вынуждены ограничить общение и проводить больше времени дома. Г-н И, офисный работник тридцати с небольшим лет, любит вино. Особое удовольствие ему доставляет наслаждаться вкусом и ароматом хорошего вина в компании единомышленников. В 2019 году, чтобы расширить свои знания о вине, он присоединился к небольшому клубу любителей этого напитка. Собрания клуба, в котором состояло около десяти мужчин и женщин примерно его возраста, проходили в вечернее время по пятницам в округе Мапхо-гу (Сеул). Собравшись, участники, перекинувшись парой фраз о том, как у кого дела, и обсудив погоду, переходили к дегустации и обсуждению какого-либо вина. Г-н И одно время мечтал слетать в Швейцарию, чтобы там выпить хорошего вина, закусывая его вкусным сыром. Поездка в Альпы пока не состоялась, но он рад тому, что смог стать ближе к своей мечте, проводя время в компании единомышленников. Члены клуба были из его возрастной группы, при этом мужчин и женщин было примерно поровну, что создавало гармоничную дружескую атмосферу. Вечер в такой компании позволял снять накопившуюся усталость, поэтому все участники с нетерпением и предвкушением ждали очередного собрания. А потом разразилась пандемия. «Никто не знает, когда мы сможем возобновить наши встречи, — говорит г-н И. — Если то, что сейчас происходит, — это сон, я хочу побыстрее проснуться». Из-за мер социального дистанцирования те встречи кажутся воспоминанием о далёком прошлом. Теперь единственная радость г-на И — это сесть вечером в гостиной и, смотря фильм по «Нетфликсу», в одиночку потягивать вино. А иногда и на это нет сил. Тогда после работы он просто сидит на диване, уставившись в одну точку. Домашняя выпечка — это ещё одно популярное хобби в онлайн-аудиториях. Онлайн-курсы расширяют ассортимент, предлагая обучение вышивке, вязанию, языкам, музыке, кулинарии и др. Фанаты болеют за свои команды во время игры «Ulsan Hyundai Mobis Phoebus» с «Changwon LG Sakers», проходившей 20 сентября 2020 г. в рамках чемпионата Корейской баскетбольной лиги. Не имея возможности посещать матчи из-за пандемии, болельщики собираются небольшими группами, чтобы посмотреть игры онлайн. «Салонная культура» В апреле 2019 года компания маркетинговых исследований Embrain Trend Monitor провела опрос среди 1000 мужчин и женщин в возрасте от 19 до 59 лет на предмет их социальной активности. Из 906 человек, регулярно участвующих в работе клубов, 26,2% сообщили, что «встречаются с большим числом неопределённых лиц со схожим хобби и интересами». Это не составило даже половины от числа тех, чья социальная активность в основном связана с бывшими однокашниками или коллегами по работе (таких оказалось 67,6%). Однако нет сомнений, что это новая тенденция. Так, около 290 респондентов подчеркнули необходимость участия во встречах, фокусирующихся на хобби или на интересах. 73,5% из числа респондентов сказали, что хотели бы присоединиться к клубам путешественников. Далее шли спортивные клубы (18,1%), кружки иностранных языков (15,9%), волонтёрские объединения (15%), клубы любителей кино (14,3%), а также книжные или литературные клубы (14,1%). Эта тенденция, кажется, имеет отношение к социальному феномену индивидуализации. По мере того как межличностные отношения всё больше вращаются вокруг «меня», «моё» хобби и «мои» интересы становятся важным критерием для персональных связей. Конечно, человеческое тепло и чувства трудно передать через виртуальное общение. Тем не менее многие оценивают свой опыт участия в дискуссиях онлайн как «интересный» или «полезный». Встречи по видеосвязи «Мы будем продолжать деятельность нашего клуба по Zoom». Такое объявление для своих членов сделал через приложение «Сомоим» («Малочисленные встречи») один сеульский книжный клуб, в котором состоит 67 человек, когда в конце прошлого года правительство повысило уровень мер социального дистанцирования до 2,5 из пяти возможных. Такой формат общения переняли и литературные клубы, члены которых в доковидную эпоху собирались за одним столом, чтобы читать друг другу свои произведения. Один из таких столичных клубов, в составе которого 234 человека, продолжает встречи через Google meet в режиме видеоконференций. Начинающие литераторы, несмотря на непривычность виртуального общения, вскоре освоились и стали обмениваться через чат написанными историями. Другие платформы для общения по интересам — это Munto, Moonraedang, Trevari и Frip. Они провозглашают себя «социальными салонами». Платформа для обсуждения книг Trevari была создана в 2015 году. Сейчас на ней более 400 книжных клубов с общим количеством пользователей более 6000 человек. Члены клуба читают какую-либо книгу, а потом собираются для её обсуждения четыре раза в месяц. Конечно, человеческое тепло и чувства трудно передать через виртуальное общение. Тем не менее многие оценивают свой опыт участия в дискуссиях онлайн как «интересный» или «полезный». Frip — это социальная платформа для разнообразных видов хобби и таких форм досуга, как кулинария, гончарное дело, походы в горы и DIY. Участники кулинарных клубов старательно соблюдают все меры для обеспечения идеальной гигиены и профилактики заражения ковидом. Ведь кулинарным клубам жизненно необходимо очное общение, которое подразумевает использование кухонной техники и пищевых ингредиентов. Точно так же члены спортивных клубов, занимающиеся походами в горы или трекингом, соблюдая запрет правительства, не собираются группами более четырёх человек. В этих условиях некоторые кулинарные и спортивные клубы ведут параллельно деятельность офлайн и онлайн. К примеру, членам кулинарного клуба доставляют на дом наборы для приготовления еды, а те, кто занимается походами в горы или плавает на длинные дистанции, делятся своими результатами с другими онлайн. Закрытие фитнес-залов из-за пандемии вынудило людей заниматься спортом дома. На ютуб- каналах и на платформах для обучения онлайн можно найти программы для самостоятельных занятий и загрузить их на свои смартфоны. Маленький личный опыт Я тоже решил испробовать, каково это — заниматься своим хобби онлайн. Уверенный в своих силах, я заказал на платформе Frip набор для вязания подставки под чашку. Я не сомневался, что смогу с лёгкостью связать эту вещицу с опорой на обучающее видео. Но вскоре уверенность обернулась чувством стыда: мои руки не поспевали за ловкими движениями рук инструктора в ролике. Само собой в голове возникла мысль: «А вот сидел бы я сейчас перед ним, сразу бы всё уловил». Так я всем сердцем почувствовал необходимость очных занятий. Я ещё какое-то время боролся с пряжей и спицами, но потом решил, что лучше купить готовую подставку. План выпить чашку кофе, то и дело элегантно ставя её на связанную своими рукам красивую подставку, тоже пришлось отложить на потом. Вне зависимости от выбранного хобби новички вроде меня, наверное, будут разочарованы онлайн-занятиями. Но для тех, кто имеет хотя бы минимальный опыт, порог вхождения, вероятно, не будет слишком высоким. Свою спутанную пряжу я убрал в ящик до лучших времён — с мыслью посетить очные занятия, когда закончится пандемия.

Кемпинг в машине: новый тренд в туризме

An Ordinary Day 2020 WINTER 66

Кемпинг в машине: новый тренд в туризме Кемпинг в машине — это набирающий популярность новый вид туризма, так как позволяет путешествовать без больших затрат при условии, что вы готовы спать в своём личном авто. Популярность этого вида отдыха резко пошла вверх в условиях пандемии коронавируса. Любитель кемпинга в машине остановился на берегу озера Чхунчжу. Словом «чхабак» называют поездку с ночёвкой в машине. Теперь этот вид времяпрепровождения становится всё более популярным. © Lee Jung-hyuk «Во-первых, максимально подвиньте вперёд кресла первого ряда. Потом сложите кресла второго ряда», — говорит один ютубер, показывая салон своего внедорожника. Менее чем за 30 секунд он создаёт внутри новый пол, а потом замеряет его, чтобы понять, влезет ли матрас. Получается два метра на метр. В самый раз. «Тут может удобно улечься взрослый мужчина, — говорит ютубер и с улыбкой добавляет, — Будет уютно и если вы путешествуете с подругой». Это видео, выложенное на YouTube в июле прошлого года, к октябрю нынешнего набрало более 100 тысяч просмотров. Корейское слово «чхабак», или «кемпинг в машине», состоит из двух слов — «чха» («машина») и «пак» (счётное слово для ночей, проведённых вне дома). Когда говорят о ночёвке в машине, в голову обычно приходит трейлер, но «чхабак» означает ночёвку в минимально оснащённом личном авто. Как правило, люди используют для этого внедорожники с просторными салонами, в которых, если сложить сиденья, можно легко устроиться на ночь. Этот новый вид туризма, сохраняя преимущества кемпинга, позволяет насладиться поездкой с минимумом багажа. Так выглядит интерьер внедорожника, оборудованного для «чхабака». Среди молодёжи стало популярным самостоятельное изготовление всего, что нужно для ночёвки в машине и для оформления её интерьера. © Kim Nam-jun Как правило, для «чхабака» используют внедорожники, так как в них просторный салон, но для поездок в одиночку подойдёт и обычный седан при условии, что в нём складываются сиденья. © gettyimages Главное достоинство кемпинга в машине — возможность остановиться на ночлег в любом месте. Вы можете заночевать, где понравится, не будучи ограничены территорией кемпинга или рекреационного леса. Новый вид досуга Согласно докладу Ассоциации автомобильной индустрии Кореи, объём продаж пикапов вырос с 22 тысяч в 2017 году до 42 тысяч в 2018 году, т.е. более чем на 90%. Также, по данным Корейского агентства кемпинга и досуга на открытом воздухе, за этот же период стоимость индустрии кемпинга в стране увеличилась более чем на 30% — с 2 триллионов вон (около 145 млрд. долларов) до 2,6 триллионов вон (около 189 млрд. долларов). На рынке оборудования для кемпинга в этом году тоже наблюдался взрывной рост. Анализ данных за июнь-июль этого года онлайн-магазина SSG.com показал, что продажи приставных палаток (соединяющихся с багажником машины) и надувных матрасов выросли по сравнению с тем, что было два месяца назад, на рекордные 664 и 90% соответственно. Продажи автохолодильников, жизненно необходимых для кемпинга, увеличились более чем в 10 раз. По данным гиганта «Лотте Март», по сравнению с тем же периодом прошлого года продажи столов и стульев для кемпинга выросли на 103,7%, спальных мешков и надувных матрасов — на 37,6%, палаток — на 55,4%, а оборудования для приготовления еды — на 75,5%. Кемпинг в машине, о котором заговорили примерно с 2018 года, популярен и как тема телепрограмм. Так, в популярном реалити-шоу «Я живу один» на телеканале MBC в марте этого года показали, как начинающий актёр и участник бойз-бэнда отправились на машине на берег моря. После выхода передачи в эфир слово «чхабак» появилось в запросах на поисковиках в режиме реального времени, а соцсети заполнили восторженные посты желающих попробовать этот вид досуга. В Инстаграме по хештегу #чхабак можно найти сотни тысяч публикаций. Плюсы и минусы «Чхабак» стал популярен прежде всего потому, что позволяет отправиться в путь спонтанно, без особой подготовки. В пятницу после работы можно поехать на берег моря или в лес. Одна женщина-ютубер смогла собрать более 400 тысяч просмотров благодаря единственному видео, в котором она рассказывает, что кемпинг в машине идеально подходит для отдыха в одиночку. К тому же такой отдых не требует особого оборудования — достаточно взять с собой готовой еды и что-нибудь выпить. Для «чхабака» не нужен кемпинг. С ростом популярности этого вида отдыха, чтобы остановиться в известных кемпингах, нужно заранее бронировать места, тогда как кемпинг в машине позволяет остановиться на ночь в любом месте, где можно припарковаться. Не обошлось и без влияния коронавируса. С ограничением личных контактов из-за соблюдения социальной дистанции «чхабак» стал играть роль отдушины, позволяя отдохнуть на лоне природы в одиночку или с семьёй. В «Чхабак кемпинг клаб», крупнейшем в стране онлайн-объединении любителей «чхабака», в феврале этого года состояло 80 тысяч человек, а в начале сентября уже более 170 тысяч. Но есть и минусы. Надувные матрасы не такие удобные как обычные, поэтому для чувствительного человека ночь в машине может стать бессонной. В феврале этого года разрешили переделывать под кемперы легковые автомобили, но выравнивание пола не такая простая задача. Мало радости принесёт «чхабак» и тем, кто привык с утра принимать душ.Кроме того, в машине летом жарко, а зимой холодно, потому что опасно надолго оставлять включённым кондиционер или отопление. Для борьбы с жарой или холодом приходится покупать пауэрбанк, дающий электричество, или портативный автономный обогреватель. Ещё одна неприятная проблема — насекомые, и тут понадобится противомоскитная сетка-палатка.Когда обзаводишься необходимым снаряжением, невольно начинаешь искать всё более дорогие вещи, чтобы сделать «чхабак» максимально уютным. Один ютубер рассказал, что он бросил кемпинг в машине именно из-за такой болезненной тяги к поиску и скупке оборудования. Вид досуга с большим потенциалом Главное достоинство кемпинга в машине — возможность сделать остановку на ночлег в любом месте. Вы можете заночевать, где понравится, не будучи ограничены территорией кемпинга или рекреационного леса. Конечно, большинство любителей «чхабака» предпочитают парки или пляжи на берегу моря или реки, где есть туалеты. В итоге многие локации обрели популярность как места для такого отдыха. Но в то же время во многих местах вынуждены ограничивать въезд из-за проблем, связанных с организацией привалов и приготовлением еды. Одновременно приезжающие толпы людей наносят ущерб природе и оставляют мусор в неположенных местах. Но если бы за кемпингом в машине закрепились определённые правила поведения на природе, то этот вид досуга имел бы все шансы стать рациональным и выгодным способом путешествовать в эпоху коронавируса.

Мечтая на двух языках

In Love with Korea 2020 WINTER 47

Мечтая на двух языках Родившись в России, но проведя большую часть жизни в Корее, Ева И поражает корейцев своим знанием языка. Она мечтает вести свою передачу на ТВ и рассказывать корейцам о русской литературе, а россиянам о корейской. Ева И родилась в России, но большую часть своей жизни провела в Корее, куда приехала со своей матерью ещё ребёнком. Она успешно занимается устным и письменным переводом, а также работает на ТВ и радио. Ева И часто слышит, что она говорит по-корейски лучше, чем сами корейцы. На YouTube под видео с её участием десятки таких комментариев. Во время своих регулярных появлений в телепередаче «Южнокорейские иностранцы» («Тэхан вегугин») на MBC Plus и на «Радио-шоу Пак Мёнсу» на KBS Cool FM Ева заставляет людей забыть, что она русская. Но бегло говорить на двух языках иногда означает не чувствовать себя комфортно ни с одним из них, а чувствовать себя комфортно в обеих культурах иногда означает не ощущать себя дома ни в одной из двух стран. Своего рода озарение произошло, когда Ева поступила в переводческую магистратуру Университета иностранных языков Хангук в 2017 году: впервые столкнувшись с заданием устно перевести трёхминутный текст, она испытала «менбун», или «ментальный коллапс», ощутив, что не знает ни корейского, ни русского. «Я не понимала того, что слышала», — вспоминает Ева. Первая встреча нашей героини с Кореей случилась, когда её мать пригласили сюда преподавать игру на фортепиано. Это произошло при посредничестве корейских миссионеров, служивших в Хабаровске, где жила тогда Ева, а связующим звеном была её бабушка по материнской линии, посещавшая корейскую церковь. Так Ева стала учиться в начальной школе в Ыйване (провинция Кёнги-до), будучи единственной иностранкой в своём классе. «Я была не столько “вегугин” (иностранец), сколько “вегеин” (инопланетянин)», — вспоминает девушка. Но после шести лет в Корее возвращение в Россию стало своего рода культурным шоком. Спустя ещё 6 лет она поступила в корейский университет по правительственной стипендии и испытала «обратный» культурный шок. Культурный шок в обе стороны Опыт жизни на две культуры и два языка достиг кульминации, когда Ева получала диплом в университете в России одновременно с изучением медиакоммуникаций в Университете Хангук. «Я жила четыре месяца в Корее, а потом уезжала на месяц в Россию. Когда я приезжала в Россию, там всё было по-прежнему. А когда возвращалась в Корею, что-нибудь обязательно менялось. Мне было тяжело ездить туда-сюда. Но я смирилась с этим. Это сделало меня менее чувствительной, и теперь мне легче принимать новое». Получив степень бакалавра в 2015 году, Ева вышла замуж за одногруппника и взяла его фамилию — И. В основном, по её словам, ради удобства. Её девичья фамилия — Кононова, и люди — естественно, без злого умысла — придумывали странные и удивительные варианты её произношения. Корейская фамилия ей идёт: пообщавшись с Евой, начинаешь воспринимать её как знакомую кореянку. Она росла на популярной телепередаче «Пангви тэчжан Ппунппуни» («Мастер пуканья Ппунппуни») и даже, как многие кореянки, два года преданно ждала своего бойфренда из армии. Отметив, что он служил в Намянчжу, в пригороде Сеула, Ева говорит: «На самом деле это было довольно легко. Мы общались по телефону и виделись раза два в месяц». После чего с сухим юмором, с которым многие кореянки говорят о своих мужьях, добавляет: «Не думаю, что хотела видеться с ним так часто. А теперь мы слишком много времени проводим вместе». Пандемия заставила Еву и её мужа, и без того домоседов по натуре, проводить дома ещё больше времени. Ева говорит, что иногда пилит мужа, чтобы он пошёл на улицу позанимался спортом или чем-нибудь ещё. Если бы не пандемия, Ева, вероятно, занималась бы устным переводом. Но из-за отсутствия международных мероприятий она сейчас больше занята письменным переводом. По её словам, устный перевод — стрессовая работа, ибо нет возможности проверить или исправить ошибки. «Закончив устный перевод, я испытываю удовлетворение, но чувствую себя опустошённой, — говорит Ева. — Письменный перевод сопровождается стрессом в виде дедлайна и тем, что никогда не бываешь доволен результатом. Позже смотришь на свою работу и думаешь: ну зачем я это написала. Но хотя бы видишь конечный результат».Со временем Ева хочет заняться художественным переводом. Сейчас она учится онлайн в Корейском институте литературных переводов, надеясь когда-нибудь перевести на русский, в частности, «Павану для мёртвой принцессы» Пак Мингю, а также знакомить корейцев с русскими книгами. Немногие в этой сфере достаточно компетентны, чтобы взяться за такую задачу, но Ева говорит, что чувствует себя комфортно с обоими языками и переводит устно и письменно в обе стороны: «Сейчас я дольше живу в Корее, чем в России, поэтому, возможно, корейский мне удобнее. Это зависит от того, с кем я говорю». Ева — постоянный гость на передаче «Южнокорейские иностранцы» (MBC), шоу-викторине, в котором участвуют живущие в Корее иностранцы. Сильные стороны Евы — обширные знания и беглый корейский. © MBC every 1 Ева преподаёт корейский язык на ютуб-канале «The World of Dave», который ведёт David Kenneth Levene, Jr. Зрителей неизменно восхищает то, что она улавливает даже малейшие нюансы корейской речи. © Captured from YouTube Языковая компетенция Ева говорит, что чувство удовлетворения ей даёт перевод, но известной широкой публике она стала благодаря ТВ. И одна из причин, по которой Ева так много работает над своими языковыми навыками, — это мечта стать телеведущей. Впервые девушка появилась на ТВ на языковой викторине «Конкурс корейского языка» («Урималь кёруги»). Она завоевала первое место в борьбе с другими иностранцами. Поступив в университет, Ева работала ведущей программы «Утро на площади Кванхвамун» на TV Chosun. Несмотря на название, девушка не гуляла по центру Сеула: она ездила по стране, сначала — чтобы представлять региональные блюда, а потом — чтобы попробовать себя в разных профессиях. «Это был тяжёлый труд, работа вроде ловли осьминогов или переноски мешков с мукой в пекарне. Я получила также такой, очень корейский по сути, опыт, как высадка рисовой рассады», — вспоминает Ева. Среди других запомнившихся приключений — кормление волков и ныряние с акулами. Помимо того, что девушка узнала, что в Корее, несмотря на малые размеры, есть очень разные регионы и то, что «волки больше боятся нас, чем мы их», она осознала, что на ТВ всем приходится немного актёрствовать. Репортёр утреннего шоу должен быть необычайно оживлённым и энергичным. «Я поняла, что я была более заторможенной, чем думала, поэтому, когда было необходимо, я как бы “играла” свою роль», — говорит она. Это и её языковые способности заставили Еву много размышлять на тему феномена, когда иностранцев охотно приглашают на корейское ТВ, поначалу просто потому, что они говорят по-корейски. «В России на ТВ очень мало иностранцев, — говорит девушка, замечая, что нужно уметь делать что-то ещё, кроме умения говорить на языке, который, в конце концов, является родным для зрителей. — В Корее, если ты говоришь по-корейски, у тебя появляются возможности. Это такая особенность, и, конечно, за это нужно быть благодарным». Но иногда ей кажется, что, возможно, лучше бы её корейский не был таким хорошим. «Когда ты миленькая и делаешь ошибки или говоришь на диалекте или имеешь какую-то изюминку в произношении, кажется, люди считают, что это было бы веселее». Ведь, в конце концов, ТВ — это развлечение. По мнению Евы, «чтобы продолжить появляться на ТВ, нужно много работать и создать узнаваемый образ». Пока Ева задаётся вопросом, есть ли смысл говорить на идеальном корейском, зрители принимают её «образ», как образ иностранца, который говорит, как носитель. Это налагает определённое бремя. «Люди думают, что я очень умная. Но хорошо говорить и быть умной, — это разные вещи. Я могу говорить на языке, потому что я этому обучалась. Но я не знаю истории, традиций и т.д. Я могу говорить только о том, что испытала сама. Поэтому я много учусь, чтобы заполнить эти пробелы». По счастью, Еве не нужно преодолевать языковой барьер ни при общении с корейцами, ни с иностранцами. Но она чувствует, что ещё очень молода и пока не смогла наладить связи, которые, по её мнению, ей необходимы для работы. Заполняя пробелы Ева по-прежнему мечтает вести свою программу, но теперь поглядывает в сторону YouTube, где ниже порог вхождения и меньше ограничений, что позволяет создавать более разнообразный контент. Мир меняется, и переезд в другую страну становится рядовым событием. После замужества Ева никогда не думала «теперь я здесь навсегда». «Я думала, ну что же, сейчас мы здесь. Мой муж хотел бы какое-то время пожить в России. Или мы могли бы вместе жить в другой стране», — говорит наша героиня. Иностранное сообщество, как знает Ева, может предложить гораздо больше, чем просто оценку или сравнение людей, еды и культуры. «К примеру, некоторые могли бы помочь студентам задуматься над тем, что они хотят делать со своей жизнью, или человек в бизнесе мог бы вдохновить других своим примером», — говорит Ева, быстро воплощая в слова некоторые идеи. По счастью, Еве не нужно преодолевать языковой барьер ни при общении с корейцами, ни с иностранцами. Но она чувствует, что ещё очень молода и пока не смогла наладить связи, которые, по её мнению, ей необходимы для работы. Ещё одна цель — помогать развитию отношений между Кореей и Россией. В этом году отмечается 30-летие установления дипотношений между двумя странами. Было запланировано несколько мероприятий, но они были отменены из-за пандемии. Сейчас Ева переводит связанные с этим посты в «Инстаграме» и работает как волонтёр переводчиком для кол-центра, где ей приходится иметь дело со всем: от объяснения таксисту, куда ехать, до успокаивания человека, который заперся в туалетной кабинке в аэропорту. В 28 лет у Евы есть и способности, и время, чтобы мечтать. На обоих языках.

Review

Разнообразные взгляды на мир: что лежит за пределами?

Books & more 2020 WINTER 53

Разнообразные взгляды на мир: что лежит за пределами? Разнообразные взгляды на мир: что лежит за пределами? «Из чего создаётся город?» Пак Сонвон. Перевод на английский: Чан Чжонхва, Эндрю Джеймс Кист. 188 с. Цена: $16. New York: White Pine Press. 2019 Чтение сборника «Из чего создаётся город?» Пак Сонвона — уникальный опыт. Любой из рассказов мог бы легко стать полноценным самостоятельным произведением, но собранные воедино они рисуют более масштабную картину. Сборник напоминает аккуратно сплетённую паутину, в которой пересекается, соединяясь, множество нитей. Самые очевидные из них — это персонажи из ранних рассказов, снова появляющиеся позже, но есть и другие. Одна такая нить, проходящая почти через все истории, — это тема непрекращающегося дождя и неистовствующих потоков, которые приносит сезон дождей или тайфун. Если, как утверждает Карл Юнг, вода — самый распространённый символ подсознания, тогда этим историям постоянно угрожают потоки того, что таится под поверхностью сознания. Возможно, поэтому кажется, что истина совсем рядом и в то же время недостижима. Вероятно, как утверждает один обречённый персонаж, истинное значение не найти в словах, потому что слова его только искажают. Ещё одна нить, проходящая через рассказы, — это авторские рассуждения о писательстве, или творчестве в целом и его возможностях (или отсутствии таковых). Здесь есть запертая в ночном кошмаре юная девушка, которая пишет мрачную сказку, чтобы оправдать принесение себя в жертву ради общего блага; самопровозглашённый будущий писатель-фантаст, который начинает свой шедевр с классической фразы Булвера-Литтона: «Стояла тёмная ненастная ночь»; художник, который обнаруживает, что он один не согласен с критиком, прежде чем о нём забывает мир искусства; и писатель, который пытается сочинить любовную историю, но вместо этого из под его пера выходит нелицеприятный рассказ о беглеце. Есть также тема мечтаний и свободы, олицетворяемая отцами (или той несчастной маленькой девочкой), которые считают время клеткой для запирания людей. Чтобы означает вырваться из времени? Откроет ли это дверь к истинной свободе? Или, как утверждает общество, это просто означает безумие или смерть? Это всего лишь некоторые впечатления, которые остаются после прочтения — словно пейзажи, застывшие во всполохах молнии. Невозможно рассказать о целой книге в нескольких словах, и любая попытка описать вкратце различные сюжетные линии будет в равной степени бессмысленной. Но первостепенное впечатление — это многогранность взглядов на мир. Переключаясь с одного персонажа на другой, иногда прямо посреди рассказа, автор позволяет нам взглянуть на людей и события с разных точек зрения. Это может привести к вопросу: какая из этих точек зрения правильная? Какая из них показывает нам истинную суть вещей? И только после дальнейшего размышления мы задаёмся более глубоким и важным вопросом: а есть ли вообще среди эти точек зрения «правильная»? Или они просто разноцветные лучи света в тёмном, доведённом до отчаяния мире, которые ведут нас вперёд к цели, лежащей за пределами того, что мы можем видеть? Свежий взгляд на изучение корейской волны «Поп-город: корейская популярная культура и продажа места» О Ючжон. 238 с. Цена: $19,95. New York: Cornell University Press. 2018. Это одна из последних работ о корейской волне, или халлю. Тем не менее, благодаря уникальности подхода и точки зрения, книга стоит особняком в общем массиве литературы, посвящённой продолжающемуся буму корейской поп-культуры. Вкратце — в книге изучаются точки пересечения и взаимодействие между культурной индустрией и городской практикой, в результате чего происходит «продажа места» — превращение в товар физических локаций путём придания им эмоциональной ценности. Автор пытается не столько выявить причины корейской войны, сколько определить, как она трансформирует нацию. В книге халлю рассматривают, поделив на этапы: первый соответствует примерно первому десятилетию XXI века с корейскими телесериалами в качестве движущей силы, а второй — периоду с 2010 по 2020 годы, когда во главе халлю встал кей-поп. В первой части автор рассматривает, как административная децентрализация после наступления демократии заставила местные власти обратиться к коммерческому продвижению своих регионов в качестве импульса к развитию. А во второй части разбирается, как создаются кей-поп айдолы и как они помогают продавать местные модные точки, такие как районы Каннам или Мёндон в Сеуле. О корейской волне уже много написано, но исследование О Ючжон выделяется, поскольку оно привязывает корейскую волну к конкретным местам. Автора, безусловно, занимает феномен корейской волны как таковой, но в то же время она исследует, как это явление в свою очередь меняет землю, которая дала ему жизнь. Это монография будет полезна всем, кто интересуется халлю с научной точки зрения, но и поклонники корейских телесериалов и поп-музыки могут также оценить её как шанс углубить понимание столь любимого ими культурного продукта. Фундаментальный элемент, объединяющий Восток и Запад «Карма» Black String. CD. Цена: €17,50. Munich: ACT. 2019 Группа «Black String» — это Хо Юнчжон (традиционная корейская цитра «комунго»), И Арам (флейта «тэгым»), Хван Минван (барабан «чангу») и О Чжонсу (гитара). Название группы происходит от слова «хёнгым» (букв. «тёмная струна») — так иначе по-корейски называют «комунго». «Комунго» — самый аристократичный и консервативный из корейских традиционных музыкальных инструментов, при этом ему присуща такая знаковость, что его трудно как-либо модифицировать. Более того, он не подходит для исполнения обычных западных музыкальных гамм. Но в «Black String» этот инструмент солирует в джазовом коллективе, что, безусловно, представляет собой значимое и интересное изменение. Что же сделало возможным сотворчество трёх корейских традиционных инструментов и одного западного? Открытие общего фундаментального элемента, присущего и Востоку, и Западу, — спонтанности. После первого альбома «Mask Dance», принёсшего группе Songlines Music Awards в Великобритании в 2018 году, музыканты выпустили свой второй альбом, «Karma», на джазовом лейбле АСТ в Германии. Из девяти треков первые два, «Sureña» и «Hanging Gardens of Babylon», благодаря зажигательным ритмам создают образ призрачного экзотического мира. Даже в ремейке композиции «Exit Music» группы Radiohead, каверы на которую делали многие известные музыканты и от которой не ожидаешь новизны интерпретации, обнаруживается уникальный авангардный саунд. Во времена, когда границы между странами из-за пандемии превратились в барьеры, музыка «Black String» стремится разрушить их и передать послание «культурной солидарности, чтобы преодолеть кризис».

Далеко от нормы, но понятно и близко каждому

Books & more 2020 AUTUMN 50

Далеко от нормы, но понятно и близко каждому Далеко от нормы, но понятно и близко каждому «Миндаль» Сон Вонпхён. Перевод: И Сэнди Чусон. 272 с. $25,99. Нью-Йорк: HarperVia, 2020. Дебютный роман Сон Вонпхёна, принёсший ему Премию за прозу для молодёжи и подростков «Чханби», — это история мальчика по имени Юнчжэ. Как будто быть подростком в Корее недостаточное испытание само по себе, Юнчжэ страдает алекситимией! Иначе говоря, ему трудно определять и описывать как свои эмоции, так и чужие. Это связано с недоразвитостью миндалевидных тел, кластеров нейронов в мозгу, отвечающих за эмоциональные реакции. Не такой как все, Юнчжэ в школе — удобная мишень для нападок, но его жизнь становится ещё труднее: накануне Рождества и его дня рождения трагедия отнимает у него семью. Не способный отдаться на волю жалости к себе — типичной эмоциональной реакции, Юнчжэ видит (возможно, даже лучше других), что в основе всех его страданий — простое невезение. То же самое невезение, приводит в жизнь Юнчжэ проблемного юношу по имени Кон. Оба они (по выражению бабушки Юнчжэ) «монстры»: один чувствует слишком мало, другой — слишком много, и их встреча кажется розыгрышем, устроенным вселенной. Но, возможно, у них есть ответы на вопросы друг друга. Удивительно, что рассказ ведётся от первого лица: мы видим мир глазами юноши, неспособного понять эмоции. Выбор такого приёма мог аукнуться Сон Вонпхёну, но в итоге он позволяет ему дать предельно откровенную оценку человеческого состояния, в котором временами проглядывает поразительное интуитивное понимание: например тогда, когда Юнчжэ начинает понимать Кона, разглядев его сущность за чрезмерными эмоциями. Это позволяет автору также избежать как жалости к Юнчжэ, так и его идеализации, вместо этого вызывая симпатию к своему герою и даже сопереживание. Некоторые элементы романа выглядят специфически корейскими — к примеру, то, как мать Юнчжэ настаивает на необходимости образования, и её почти религиозная вера в его силу, кажутся взятыми прямо из жизни подростков в Корее. Но в целом «Миндаль» — это универсальная история о фундаментальных проблемах, с которыми сталкивается молодёжь во всём мире. Любой боится оказаться не таким, как все, слишком выделяться или не «вписываться». Любому трудно понять, что значит «быть нормальным». И хотя это проза для молодёжи, её послание и воздействие могут почувствовать читатели всех возрастов. Взрослые читатели, возможно, поймут для себя что-то новое, следя за тем, как взрослые персонажи романа, успешные по всем стандартам люди, в реальности слишком поздно понимают, что для них самое важное в жизни. История, рассказываемая Юнчжэ, далека от нормы, но тем не менее — а возможно, и вследствие этого, — она вобрала в себя все те эмоции, которые сопровождают взросление, поиск своего места в мире и которые её рассказчик с таким трудом облекает в слова. Осторожный шаг в мир средневековой религиозной живописи «Эффективный потусторонний мир: эволюция изображений Десяти царей в Китае и Корее в средние века». Квон Чжиён. 224 с. $72,00. Гонолулу: University of Hawaii Press, 2019. В этом великолепно иллюстрированном труде прослеживается эволюция изображений Десяти царей от их появления в живописи в Китае в IX веке до трансформации в Корее. Десять царей представляли собой новый способ размышлений о жизни после смерти: Десять царей ада из названия книги по очереди судят умерших, решая, будет ли их душа перерождена или заключена в один из многочисленных адов, над которыми они надзирают. (Если вы фанат корейских вебтунов, вы можете распознать в этом преамбулу к ставшему фильмом популярному вебтуну «С богами».) Будучи сплавом буддизма, даосизма и конфуцианства, культ Десяти царей породил представления, что праведные будут вознаграждены, а грешники — наказаны, и это поощряло верующих выполнять как подготовительные ритуалы для себя, так и ритуалы, дарующие утешение душам умерших членов семьи. Свитки с изображениями Десяти царей — это произведения уникального жанра живописи Восточной Азии. На них изображают всех десятерых царей во время суда, а также ужасные наказания, которые они отмеряют. Книга отдаёт должное этим изображениям: в ней 200 иллюстраций, в том числе 120 полноцветных. Повествование начинается с обсуждения появления этих изображений в Китае, а потом переходит к изучению этого жанра и данного культа во времена династии Корё в Корее, включая сутру, напечатанную в 1246 году, когда была создана знаменитая «Трипитака Кореана». Большая часть текста посвящена тщательному анализу превосходных произведений живописи Восточной Азии, которые сейчас находятся в Художественном музее Сейкадо Бунко (Япония). Автор осторожно выстраивает аргументы в пользу того, что эти изображения, вероятнее всего, были созданы в Корё. Эта книга — важное дополнение к истории искусства Восточной Азии, и её можно рекомендовать любому, кто интересуется этой темой. Забавный и очаровательный сайт для знакомства с Кореей «Korea Tour Comics» koreatourcomics.com Нет сомнений, что интерес к Корее в мире вырос, когда корейская культурная волна докатилась до самых отдалённых берегов. В эпоху интернета информацию о поездках в Корею относительно легко найти, но разве информация сама по себе достаточно интересна, чтобы удержать внимание людей? Этот вопрос привёл к появлению «Korea Tour Comics» — коллекции вебкомиксов, знакомящих туристов с Кореей и собранных венчурным стартапом MARU Changjakso, Inc. Сейчас на сайте два длинных комикса: «Корейские друзья», читатели которого следят за приключениями учёного эпохи Чосон и его «очеловеченных» собаки и кота, впервые знакомящихся с современной Кореей, и «Ульсан кхынэги» — история госслужащего из Ульсана, которому поручили создать путеводитель по городу. Есть также короткий комикс о достопримечательностях уезда Хвесон-гун, известного в основном своей говядиной. Энергичный стиль рисунков непременно привлечёт внимание читателя. В то же время англоязычной версии, возможно, не помешала бы редакция носителем языка, хотя это может быть частью особого шарма этих комиксов. Если вы ищете нескучный способ узнать больше о том, что посмотреть, чем заняться и чего поесть в Корее, возможно, вам захочется дать шанс этому сайту.

Танцы в музее

Art Review 2019 AUTUMN 40

Танцы в музее Исполнительница современного танца Ан Ынми, запомнившаяся своей стриженной наголо головой и яркими костюмами, не стремится выставлять напоказ свои прошлые достижения. Ретроспективная выставка «ЗНАКОМОЕ БУДУЩЕЕ», посвящённая 30-летию дебюта танцовщицы, — это многоцелевое пространство, в котором зрители, став главными героями, вовлекаются в участие разнообразными способами. Эта весьма провокационная выставка открылась 26 июня с.г. в Музее искусств Сеула и продолжится до 29 сентября. Прозванная «шаманкой XXI века» исполнительница современного танца Ан Ынми воодушевляет людей улыбкой, обнимает их и заставляет хотя бы на минутку полностью отдаться танцу. Такими вещами, как критика реальности со строгим лицом или «диагностика» будущего на основе сложных теорий, она не занимается. Творчество Ан Ынми наполнено яркими красками и живостью экспрессии. Выставка «ЗНАКОМОЕ БУДУЩЕЕ» (в названии которой по-корейски — 안은미래 — есть имя танцовщицы: «АНЫНМИРЭ»), бросающая взгляд на тридцать лет её жизни в танце, запланирована в схожем ключе. Не захотев делать обычную ретроспективу, Ан попросила предоставить ей место в музее. В эпоху модернизма арт-галереи выступали за белые кубы, но в XXI веке ведущие музеи постоянно экспериментируют в надежде стать плюралистическими арт-пространствами. Например, нью-йоркский Музей современного искусства охотно раскрывает объятия современному танцу. В наши дни люди считают, что музеи должны стать учебным пространством для самомотивированной широкой публики. В этом смысле выставка Ан во многих аспектах соответствует духу эпохи. У входа на выставку посетителей встречает костюм танцовщицы — как будто Ан Ынми собственной персоной. В этом костюме она выступала в перформансе для выставки датского художника Олафура Элиассона «The parliament of possibilities» (2016 г.). Выставочное пространство, ставшее сценой Посредством варьирования пространства выставка подводит посетителей к изменению своего поведенческого протокола. На входе их встречают главные сценические костюмы Ан Ынми. Наряды, свисающие с потолка, не только поражают визуально яркостью красок — проходя под ними, посетители последовательно ощущают разную текстуру тканей, когда костюмы касаются их лиц и волос. Когда посетители минуют костюмы, их приветствует, будто это сама танцовщица во плоти, золотистый костюм, который Ан Ынми надевала во время перформанса для выставки датского художника Олафура Элиассона «The parliament of possibilities» (2016 г.). Затем, пройдя сквозь штору из бусин, посетители оказываются в месте, где пол покрыт прозрачными пляжными мячами с фотографиями Ан внутри. Стены заполняют тексты и видео, рассказывающие о выставке, хроника главных перформансов танцовщицы, а также эссе и муралы, иллюстрирующие мир её творчества. В следующем пространстве высятся серебристые гофрированные вентиляционные трубы, которые то сжимаются, то растягиваются. Ещё здесь есть своего рода «колодцы», внутри которых на мониторах демонстрируются главные работы Ан, и радужные занавесы. За ними — низкая широкая сцена. Она оборудована сценическим освещением и диско-шаром, настоящей гримёркой и колонками, наполняющими пространство звуком; на стенах декор в виде рельефных кругов, а по обе стороны сцены стоят «хэтхэ» (мифологическое животное, пожирающее огонь). В этом пространстве, называемом «Этот мир/Потусторонний мир», Ан проводит ряд перформансов и лекций. Программа «Танец телом» представляет собой уроки танца для широкой публики; «Танец глазами» позволяет увидеть, как Ан создаёт хореографию нового танца и репетирует его; «Танец ртом» включает в себя серию лекций и дискуссий. Участие в «Танце телом» и «Танце ртом» бесплатное, но нужно заранее записаться на веб-странице музея. Лекции философа Славоя Жижека и художницы-инсталлятора Ян Хегю весьма впечатляющи, но посетители музея больше всего любят урок Ан Ынми по встряхиванию телом. Многие участники действа, кажется, испытывают катарсис, когда заново открывают свои тела и учатся ими пользоваться на установленной в музее невысокой сцене. После наполненного движением зала «Этот мир/Потусторонний мир» посетители оказываются перед двумя огромными экранами, на которых транслируется видео-арт. Это смесь старого и нового — от танцевальных движений ребёнка, который только начал ходить, до импровизаций бабушек. Главный месседж — это «универсальность танца», которую обнаружила Ан. Существует сходство между инстинктивными танцевальными движениями ребёнка и танцем бабушки с согбенной спиной и искривлёнными из-за многолетнего ежедневного труда ногами: она использует свои мышцы и суставы не в том направлении, в котором они обычно задействованы во время работы. Это акт самоуважения, когда человек выражает радость и печаль посредством примитивных движений, хотя бы на время освободившись от реальности, вынуждающей трудиться ради выживания. Для Ан Ынми именно в этом состоит сущность танца. В следующем зале нас встречает мягкая разноцветная «кровать» в стиле Ан Ынми, и под танцевальную музыку демонстрируются оригинальные наброски дизайна костюмов и брошюры представлений. Посетители, которые до этого пинали пляжные мячи, здесь ложатся на кровать и проводят время, делая селфи или бродя по Интернету. За прозрачным занавесом с надписью: «До свидания», стоя на тумбе, всё кружится и кружится, словно прощаясь, сигнальный экземпляр памятного каталога к тридцатилетию творчества Ан, который скоро выйдет из печати. На просторной сцене, носящей название «Этот мир/ Потусторонний мир», проводятся разнообразные перформансы и лекции. Это самое важное пространство выставки. Абстрактная грамматика танца Ан Ынми дебютировала в 1988 году как независимый деятель искусства, показав свою работу «Бумажная лестница». Она отвергла практику корейского танцевального сообщества, в котором акцентировали красивые движения в соответствии со стилем и методологией западного танца. Вместо этого Ан представила нетанцевальный «язык тела». Она не боялась также смешивать грамматику корейского традиционного танца и современного танца Америки и Европы. В 1990-е годы, вобравшие в себя начальный период её работы в Корее и время, проведённое в Нью-Йорке, Ан экспериментировала и осваивала танцевальный язык постмодернизма, который выходил за рамки феноменологического существования, выбирая темы, основанные на социальной реальности, сотрудничая с деятелями искусства других жанров, активно эксплуатируя базовые цвета и объекты и используя визуальные образы в оформлении сцены. Этот период можно коротко обозначить как «кореизация» постмодернизма и постмодернизация корейского танца». В первой половине 2000-х годов, став руководителем Городской танцевальной труппы Тэгу, Ан поставила ряд крупных работ. Она представила танцевальный театр в корейском стиле, взяв за образец танцтеатр Пины Бауш, которая, соединив танец и театр, стремилась к возрождению нарративности. Но танцовщица не успокоилась на стадии творческих поисков и реализации своего «Vernacular Tanztheater». В работе «Let’s Go», премьера которой состоялась на фестивале Пины Бауш в 2004 году, Ан совершила прорыв в методологии. Повторяя, варьируя и выстраивая нетанцевальные движения тела, она ещё больше продвинулась в абстрактный мир современного танца. В мире пост-постмодернизма, наверное, только Уильям Форсайт и Ан Ынми являются хореографами, сумевшими создать уникальную абстрактную грамматику танца. Видео с отредактированными версиями работ Ан показывают на двух огромных экранах. Благодаря этому посетители могут в полной мере ощутить «универсальность танца». Посетители музея больше всего любят урок Ан Ынми по встряхиванию телом. Многие участники действа, кажется, испытывают катарсис, когда заново открывают свои тела и учатся ими пользоваться на установленной в музее низкой сцене. Поиск универсального языка тела С 2011 года Ан взялась за изучение пожилых женщин, молодёжи и мужчин среднего возраста как объектов этнографического исследования. Это был эксперимент по цитированию и воспроизводству их существования на сцене. В «Танце-подношении предкам» Ан собрала язык тела, которым с ней поделились люди, и действительно поставила на сцену этих обычных людей, смешивая и сополагая их с хореографией, созданной на основе исследования. «В течение 25 лет своей работы на сцене я пыталась что-то сказать миру, изрыгая и заклиная. Теперь я хочу сделать нечто абсолютно противоположное», — сказала Ан Ынми. Мечтая «вернуть танец людям», она решила использовать в качестве медиа музей, исповедующий плюрализм. В новых условиях музея XXI века Ан Ынми стремится обновить себя, танцоров и зрителей. И если она продолжит эти попытки, возможно, когда-нибудь обновится и музей. Перформанс на открытии выставки «Знакомое будущее». Он прошёл в лобби первого этажа Музея искусств Сеула 26 июня с. г. На постере выставки «Знакомое будущее», посвящённой 30-летию дебюта исполнительницы современного танца Ан Ынми, помещено фото танцовщицы, стригущей себе голову.

SUBSCRIPTION

You can check the amount by country and apply for a subscription.

Subscription Request

전체메뉴

전체메뉴 닫기