ЖИЗНЬ

ОБЫЧНЫЙ ДЕНЬ

Быть матерь ю выпускницы

Кореянки, дети которых учатся в выпускном классе, не могут сказать своему ребёнку, мол, это твоя жизнь. Они вынуждены, набрав в грудь побольше воздуха, на год с головой погрузиться в жизнь своих отпрысков, дабы стать с ним единым целом, словно на соревнованиях по бегу парами. Но редко кто из них способен выдержать эту эстафету без потерь.

С приближением 7 утра на душе у г-жи Сон Эран становится всё неспокойнее: ей кажется, что ещё немного — и её дочь-выпускница опоздает на школьный автобус. Уже прямо перед тем как теряющая терпение г-жа Сон вручает мужу ключи от машины, дочь мол- нией вылетает за дверь.
— Опаздывать-то нельзя: это же останется записанным в личном деле учащегося. Говорят, что три опоздания за год — это не страшно, но ведь как родитель ты хочешь, чтобы личное дело ребёнка было чистым. Вот и стараешься, чтобы оно было безупречным.

Вместе пережить выпускной класс
Отправив дочку в школу, супруги Сон едут на работу, по пути сверяя расписание частных занятий. Они договариваются, что г-жа Сон отвезёт дочку в «хагвон» к 8 часам вечера, а муж в 10 заберёт её. Обычно в будни всё именно так и бывает.
— В субботу уроки начинаются в 10. Я отвожу дочь на машине и два часа жду её. Потом корм лю обедом, и она идёт на уроки, начинающиеся в час дня. Спустя три часа привожу домой, а уже к 7 часам отвожу в «хагвон» в районе Каннам (это в часе езды). А в 10 вечера снова забираю. Папы иногда помогают, но, как правило, почти весь день водителями работают мамы. Воскресе нье проходит примерно так же.
Парад машин на улице «хагвонов» объясняется просто: мамы, с радостью ставшие «ногами» детей, повсюду ездят вместе с ними. Если учиться — это задача ребёнка, то переезды между «хагвонами», как и выбор подходящего частного заведения на основе информации, добытой на родительских собраниях, — это обязанность матерей. Бывает, что они допоздна засиживают ся со своим чадом за домашними заданиями, добровольно разделяя его тяжкую долю. Жизни мамы и ребёнка всё теснее связываются в одну, а в год, когда чадо переходит в выпускной класс, это слияние достигает своей высшей точки.
Как удастся пережить этот год г-же Сон? Какой путь должна пройти мать, добровольно став шая частью жизни 19-летнего выпускника? Г-жа Сон, вступившая на путь, который ежегодно проходят 6 миллионов матерей школьников выпускных классов, похоже, следует им с завидным самообладанием. Однако можно предположить, что она переживает «аномальный отрезок» жизни, ведь ради будущего дочери ей иногда приходится идти на сделки со своей совестью. Я расспрашиваю г-жу Сон, мать выпускницы и учительницу школы 3-й ступени, об этом сложном времени. И в ответах этой женщины, знающей реальность образования изнутри, сквозит ощуще ние измотанности, характерное для нашей эпохи.

Если учиться — это задача ребёнка, то переезды между «хагвонами», как и выбор подходящего частного заведения на основе информации, добытой на родительских собраниях, — это обязанность матерей. Бывает, что они допоздна засиживаются со своим чадом за домашними заданиями, добровольно разделяя его тяжкую долю.

Г-жа Сон Эран вместе с дочерью-выпускницей внимательно изучает описание нового курса лекций в одном из «хаг вонов».

Найти свой путь через бурю
— Дети в нашем районе считают посещение «хагвона» само собой разумеющимся. Даже пер воклашки занимаются в «хагвонах» до 10 вечера; они трут сонные глазки, но при этом не проте стуют — почти все дети в округе ходят в «хагвоны». Так что ребята знают, что тяжело не только им.
Район Мок-тон, где живёт г-жа Сон, расположен на северо-западе Сеула. Этот спальный район среднего класса, наряду с районом Тэчхи-дон в округе Каннам, считается «Меккой хагвонов». После занятий в школе ребята стекаются в здешние «хагвоны», которым доверяют не только обу чение детей: «хагвонам» доверяют их время. Дети покорно следуют расписанию «хагвона», орга низующего их жизнь, и даже не пытаются стать хозяевами своего времени. При этом, несмотря на испытываемый скепсис, за исключением мамаш, обладающих солидным стержнем, большин ство никогда не набирается смелости, чтобы сделать другой выбор: они верят, что если ребёнку удастся пережить этот период пассивной учёбы, он гарантированно достигнет требуемого уров ня успеваемости.
Говоря о «хагвонах», г-жа Сон сравнивает Мок-тон с Инчхоном, где она работает в школе. Инч хон — один из регионов, плетущихся в хвосте рейтинга средних оценок на пробном вступитель ном экзамене в вуз.
— Дети переживают такой сложный период, как пубертат. Психологически они находятся в процессе метаний и склонны к вспышкам гнева. Мамы Мок-тона в таких случаях берут это на заметку и ищут решение проблемы. Но на самом деле «хагвоны» просто не оставляют времени для подобных блужданий. Можно сказать, что частное образование, отвечая за учёбу, в то же время отнимает у детей время на поиски самих себя. Однако в Инчхоне, особенно рядом с моей школой, где вокруг много заводов, ситуация иная. У тех ребят, которые после школы не ходят в «хагвон», остаётся много свободного времени. Но мало кто из них приучен учиться самосто ятельно, а у родителей почти нет времени, чтобы заниматься детьми. Поэтому то время, когда дети мечутся в поиске своего «я», они проводят с друзьями, при этом ребят, способных положи тельно повлиять друг на друга, не так много, и это тоже проблема.
Власть «хагвонов» абсолютна: помимо учёбы они управляют также чувствами и поведением пубертатных подростков. Знающие о ней матери дрожат от страха перед частным образовани ем: «Мамам ведь свойственно постоянно беспокоиться, что ребёнок не будет успевать или отста нет от других, если будет учиться в одиночку. А “хагвоны” прекрасно об этом знают и только под стёгивают это чувство».
Поэтому корейские мамы всё время «рыщут» — в поисках лучшего «хагвона», лучшего репе титора. Чтобы получить доступ к информации о «хагвонах», циркулирующей только в малочис ленной привилегированной группе, они налаживают связи, а некоторые даже серьёзно задумы ваются о специальных частных курсах, где стоимость одного урока превышает несколько мил лионов вон. В этой атмосфере одержимости рождается массово практикуемое опережающее образование. К примеру, в районах, где «перегрев» в области частного образования особенного велик, ученики начальных классов в «хагвонах» проходят математику за старшие классы. В эпоху, когда ненормальность стала нормой, меньшинство, обитающее за пределами этой нормы, пере живает процесс тотального отчуждения.
Г-жа Сон рассказывает о своих попытках пробиться через эту бурю:
— Самое главное — это не дать унести себя потокам информации, подгоняющей частное образование. Ведь стоит дать волю амбициям, и этому не будет конца. Но в итоге и моему ребён ку тоже не удалось избежать образования, опережающего нормальную программу примерно на год.

Г-жа Сон Эран пристально следит за тем, чтобы даже в процессе подготов ки к вступительным экзаменам, дочь не теряла самоува жения, и вместе с нею проходит через тяжёлое испытание выпускным клас- сом.

Заботиться о самоуважении ребёнка
Нет ли способов искусно смягчить бум частного образования?
— Моя дочь выбрала для специализации естественные науки. В таких классах собираются ученики с высокой успеваемостью, поэтому детям приходится отчаянно конкурировать друг с другом. Ведь стоит сделать лишь одну ошибку в тесте по математике, и с первого уровня ты моментально скатываешься на третий. Учёба здесь напоминает ходьбу по тонкому льду.
Попытки вузов изменить ситуацию, в частности путём изменения расчёта проходного бала в сторону большего учёта оценок школьного аттестата и повышения значимости внешкольной активности, не имели особого эффекта: родители, абитуриенты и частные учебные заведения по-прежнему заняты «накоплением спецификаций», но теперь — для того чтобы покорить новую систему поступления в вузы. Поэтому корейские дети никогда не испытывают радости от учёбы: у них для этого просто не остаётся душевных сил.
Школьники, обитающие на противоположном полюсе, тоже мучаются.
— В последнее время многие отказываются от математики, — говорит г-жа Сон. — Как прави ло, это те, кто не успевает за программой, поскольку у них нет базы, закладываемой в начальной и средней школе. Для них уроки математики — это трата времени. Но при этом есть то, что им действительно интересно и в чём они даже могут набирать высокие баллы. Это — онлайн-игры. И, конечно, их это увлекает. Я часто вижу ребят, которые идут в школу заспанными, поскольку всю ночь просидели за компьютером.
У детей, которым не удастся достичь первенства в учёбе, тоже есть амбиции и самоуважение, которое им хочется сохранить. Но наше общество недостаточно великодушно, чтобы понять и принять эти одинокие души. Поэтому в итоге всё возвращается к матерям.

— Больше всего я забочусь о самоуважении моей дочери. Мы с нею много говорим о том, что важно быть скромным, но при этом уметь гордиться собой. Я думаю, что самоуважение позволя ет тебе всегда высоко держать голову. Потому что ты веришь в себя.
Возможно, благодаря таким беседам дочь г-жи Сон говорит, что проходит через трудное испытание выпускным классом без особых потерь.
— Моя дочь предпочитает не рассказывать о своих проблемах, поэтому я стараюсь сама пер вой понять, что у неё на душе, и первой прийти на помощь, — делится с нами г-жа Сон, и в её гла зах в этот момент читается глубокое понимание. Наверное, можно сказать, что излучаемое моей собеседницей спокойствие и тепло есть то, во что благодаря материнской любви она преврати ла тяжёлое и несправедливое бремя, возложенное на неё современной эпохой.

Кан Синчжэ писатель-фрилансер
Бэ Бёнгу фотограф
페이스북 유튜브

COMMENTS AND QUESTIONS TO koreana@kf.or.kr
Address: 55, Sinjung-ro, Seogwipo-si, Jeju-do, 63565, Republic of Korea
Tel: +82-64-804-1000 / Fax: +82-64-804-1273
ⓒ The Korea Foundation. All rights Reserved.

SUBSCRIPTION

Copyright ⓒ The Korea Foundation All rights reserved.

페이스북 유튜브